А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Андерсон Пол Уильям

Форпост Империи


 

На этой странице выложена электронная книга Форпост Империи автора, которого зовут Андерсон Пол Уильям. В электроннной библиотеке park5.ru можно скачать бесплатно книгу Форпост Империи или читать онлайн книгу Андерсон Пол Уильям - Форпост Империи без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Форпост Империи равен 77.97 KB

Андерсон Пол Уильям - Форпост Империи => скачать бесплатно электронную книгу




Аннотация
Империя переживает великие потрясения. Мятежники поставили под угрозу само ее существование. В круговорот событий втянуты все — бродяги и торговцы, религиозные фанатики и солдаты… однако немалую роль в происходящем играют и таинственные силы, стремящиеся к установлению своих порядков. Необходимо любой ценой остановить гражданскую войну, вернуть в империю Закон.
Пол Андерсон
Форпост Империи
«В небе драконов нет»
***
Карлсарм взглянул на небо. Туман уже настолько рассеялся, что он смог разглядеть посыльного. Его крылья блестели на фоне нескольких ночных звезд, как алмаз Спика и янтарь Бетельгейзе, сиявшие очень ярко и отчетливо, как бы совсем рядом. В тишине слышался шелест перьев.
«Прекрасно, — пробормотал Карлсарм. — Все, как я и ожидал». И, повысив голос, произнес:
— Сообщи Хозяйке Дженис, что она может без боязни пересекать открытые места. Ей надлежит быстро выдвинуть свою роту в Гэлловский лес. Пусть кто-либо ведет наблюдение с верхушки дерева, но не выпускайте боевых пчел без моего сигнала. Что будет, то будет
Мелодичный, словно прозвучавший с небес, голос посыльного нараспев повторил его приказ.
— Правильно, — сказал Карлсарм.
Гонец развернулся и полетел на север.
— Что случилось? — спросил Вольф.
— Если верить разведчикам Роулана, у врага наверху никого нет, — ответил Карлсарм. — Я приказал!..
— Да-да, — проворчал лейтенант, — В отличие от птичьего, английский язык я понимаю. А ты уверен, что следует держать маленьких друзей Дженис в резерве? Мы бы вообще не понесли потерь, если бы они были у нас в авангарде.
— Но тогда мы выдали бы свой секрет. А во время операций нам не нужны никакие неожиданности. Скажи Хозяйке Рэнде, что основные силы требуют максимального прикрытия. Я проверю выполнение моих распоряжений. Когда я вернусь, начнем атаку.
Вольф кивнул. Это был стройный мускулистый человек с резкими чертами лица и соломенными волосами, заплетенными в косу. Его кожаный костюм, отделанный бахромой, не выдавал звания, как и стандартное оружие, висевшее на поясе, — кинжал и томагавк. Но два огромных цербера, мягко следовавшие за ним по пятам, могли принадлежать только Главному лесничему Виндхука.
Вольф исчез, растворился в тумане. Карлсарм побежал вперед. Он не видел никого из сотен своих солдат, но каким-то первобытным безошибочным инстинктом ощущал их присутствие. Клочья тумана, скрывавшие их, смыкались за спиной капитана, становясь более разреженными. Он остановился, спрятался за одиноким раскидистым деревом и огляделся.
Чтобы скрыть свой маршрут, они почти все время шли по болотам. Однако подъем и ночные марши по Оникс-Хейтс можно было совершать только при лунном свете, иначе люди падали и калечились. На вторую ночь, когда они вступили на возделанную часть плоскогорья, луна практически исчезла. Однако после двух звездных ночей из-за горизонта вновь показалась полная Селена. Поднявшись высоко в небе, зазубренный диск залил окружающую местность мертвенно-синим светом, Карлсарм почувствовал себя беззащитным — здесь враг мог запросто его обнаружить.
Однако никто, похоже, не подозревал о его присутствии. Поля километр за километром исчезали за плоским восточным горизонтом. Засаженные рожью, в свете луны они выглядели серебристыми и молчаливыми. В воздухе ощущался душистый запах ржаных колосьев, сломанных ногой Карлсарма. Вдали виднелось темное здание, где, вероятно, все спали. То, что сельское хозяйство велось на полностью роботизированных латифундиях, сделало здешнюю местность малонаселенной. Поэтому Карлсарм надеялся, что после захода солнца проведет своих людей незамеченными до места, находившегося в пяти километрах от Домкирка.
Город выглядел небольшим даже вблизи. Из Девяти Городов он был самым маленьким — около пятидесяти тысяч домов — и вторым по возрасту. В нем сохранилось много старых сооружений, теснившихся друг к другу, и землянок, конструкция которых напоминала жилища первопроходцев. В стороне от главных улиц освещение практически отсутствовало. В городе жили здравомыслящие граждане, которые рано отправлялись спать. Правда, кое-где окна слабо светились. Единственный современный небоскреб отливал в лучах Селены металлическим блеском — судя по всему, некоторым его обитателям было не до сна. Над крышами вздымались шпили собора. Луна светила очень ярко, и Карлсарм мог поручиться, что различает отражаемые ею цвета.
С полей доносилось приглушенное бормотание машин. Странно, но для Карлсарма эти звуки были почти желанными. Как только он вспоминал о лесах, фермерские хозяйства подавляли его своей пустотой, безжизненностью, и неважно, что в них собирали богатые урожаи, а на полях паслись огромные стада животных.
Вздрогнув от холода, Карлсарм оглянулся на запад, словно искал успокоения. Туман, скрывавший большую часть его армии, мерцал белесым светом. Его, несомненно, уже увидели, но в такой близости от океана Лаврентия это явление было естественным. Из-за горизонта, едва различимые, как будто бестелесные, появились три высочайших снежных пика Виндхука. Дом лежал где-то далеко-далеко: вечный путь к нему ожидал тех, кому предстояло погибнуть.
«Остановись», — прошептал себе Карлсарм и, вытащив из колчана стрелу, вставил ее в арбалет. Потом сильно нажал на ручку и, прицелившись, спустил курок. Этой ночью он был не человеком, а оружием.
Карлсарм бегом вернулся к своим людям. Туман сгущался, его холодные влажные клочья кружились, опускаясь на землю, а Хозяйка Рэнда выпускала из садков своих любимцев и тихо напевала:
Туман, сияющий, искристый, Налит в фиал из аметиста.
Трепещут крылышки: «Бай-бай, Дружок, скорее засыпай».
Ах! Лунный свет порхает И в небо улетает!
«Интересно, действительно ли в этом есть необходимость? — подумал Карлсарм. — Почему женщины, обладающие Мастерством, должны скрывать все, что касается их работы?» Он слышал приглушенное жужжание насекомых и на какое-то мгновение увидел маленькие тельца, сверкнувшие в свете Селены. Рассеяв в воздухе капельки, эти крошечные создания садились на стебельки ржи, впитывали в себя росу и вновь взлетали. Скоро облако стало таким густым, что люди почти перестали что-либо видеть. Они держали связь друг с другом с помощью сигналов, имитируя крики, чириканье, пищание и пение птиц, и ориентировались по запаху — всем известному и отчетливо различимому запаху войны.
Карлсарм обнаружил Вольфа возле одного из церберов, глаза которого светились в тумане, будто красные угли.
— Все в порядке? — спросил он.
— Да. Если только мы сможем сохранить боеспособность в этой заварухе.
— Сможем. Мы набрались опыта на затопленных землях — так неужели же не победим на суше? Ладно, пошли. — Карлсарм издал низкий вибрирующий звук.
Звук понесся от человека к человеку, от подразделения к подразделению, и те, кто понимал птичий язык, услышали следующее: «Вперед, мы идем за добычей».
Туман быстро перемещался по направлению к Домкирку, и никто в городе не обратил внимания на то, что туман не мог двигаться, поскольку ветра вообще не было.
***
Джон Райднур прибыл сегодня. Но посадку на планету он совершил неделей раньше и перед этим напичкал себя всей информацией о Фригольде, которая только была ему доступна — любым способом, который он считал нужным и полезным, начиная от простого чтения и разговоров и кончая получением более труднодоступных сведений с помощью компьютеров. Предыдущая профессиональная деятельность убедила его в том, как мало он знает. И если бы ему сказали, что во время путешествия ему придется разъяснять общеизвестные факты какому-то члену экипажа, это весьма смутило и раздосадовало бы его.
«Оттокар» был германийским торговым судном и выглядел весьма прилично, как и большинство судов, прибывших из этого мира. Имея некомплект боевых единиц на границах Империи, флот терран нуждался в чартерных частных судах, когда возникали те или иные проблемы. Суда эти использовались только для доставки имущества, войска же перевозились регулярными транспортами, вооруженными и эскортируемыми надлежащим образом.
Но Райднур был гражданским лицом. Оттого, думал он мрачно, и работа его не считалась крайне срочной. На Терре ему был выдан правительственный билет и сказано, что он может путешествовать как ему хочется. Он воспользовался этим и добирался до места, пересаживаясь несколько раз с одного корабля на другой, на двух из которых команда состояла из не-людей. Там, где кончались владения Империи и простирались пустынные пространства, движение было нерегулярным.
Германийцы же принадлежали к человеческому роду, но по натуре были людьми замкнутыми. Впрочем, и Райднур не отличался общительностью, а потому о том, каким должен стать финальный этап его путешествия, большей частью разговаривал сам с собой.
И вот как-то раз, когда он сидел в салоне, по обыкновению углубившись в свои мысли, к нему подошел помощник стюарда. Судя по всему, ему очень хотелось поговорить. Райднур почувствовал досаду — в иллюминаторах уже виднелся Фригольд.
— Я никогда не видел ничего более значительного… более… великолепного, — сказал помощник стюарда.
«Тогда почему бы тебе не понаблюдать за этим молча?» — пробормотал Райднур себе под нос.
— Это мое первое долгое путешествие, — робко продолжал его собеседник.
По положению он был немного выше юнги и чуть постарше первого сына Райднура, Похоже, члены экипажа обращались с ним довольно сурово, и парню приходилось разговаривать только с пассажирами, да и то лишь по долгу службы. Райднур вдруг почувствовал, что не может быть с ним неприветливым.
— Вам нравится… простите, я не знаю, как вас зовут.
— Дитрих, сэр, Дитрих Штайнхауэр. Да, мне все очень интересно. Мне бы хотелось, чтобы вы поподробнее рассказали мне о портах планеты, на которую мы направляемся. Члены экипажа не любят, когда я их расспрашиваю.
— Не принимайте близко к сердцу, — посоветовал Райднур к. откинувшись на спинку кресла, вынул трубку, — высокий худощавый блондин с острыми чертами лица, его серая рубашка и брюки выглядели скорее практичными, чем модными. — Путешествуя среди звезд, человек ощущает одиночество и страх и, естественно, пытается эти чувства как-то преодолеть. Терране, например, склонны в таких случаях к беседам, А вот германийцы, говорят, погружаются в работу и уходят в себя. Но как только ваши товарищи привыкнут к вам и поймут, что вы хороший, надежный парень, они сразу подобреют.
— Правда? Вы этнолог, сэр?
— Нет, ксенолог.
— Но на Фригольде нет не-людей, за исключением арулиан. Или есть?
— Н-нет. Вероятно, нет. С точки зрения биологии, во всяком случае. Но это странная планета, про подобные ей известно, что с колонистами, которые на них высаживаются, происходят странные вещи.
Дитрих сглотнул и на несколько минут умолк.
По мере тоге как «Оттокар» спускался ниже, отклоняясь от орбиты парковки, планета увеличивалась в размерах и меняла облик. Окруженная белыми облаками, среди звездной темноты она сияла голубым светом. Глубоко внизу с трудом различались континенты. Фиолетовая кайма, которую можно видеть из космоса на краях любого террестроидного мира, была шире и красочнее, чем у Терры. Вокруг мерцало сияние, невидимое на дневной стороне, но закрывающее ночную сплошной пеленой. С поверхности планеты, обладавшей рассеивающими свойствами, его не было видно: на Фригольде отсутствовало магнитное поле, необходимое для концентрации солнечных частиц вблизи полюсов. Здесь через тонкий верхний слой атмосферы можно было наблюдать игру света. Солнце Фригольда, вдвое ярче, чем Сол, принадлежало к позднему классу F и на расстоянии 1,25 астрономической единицы казалось чуть меньше, чем солнце с Терры. Но освещенность была почти в три раза больше, и светило выглядело скорее белым, чем желтым. Через дымчатый фильтр можно было видеть вспышки и протуберанцы, распространявшиеся в космосе на миллионы километров и возвращавшиеся огненным дождем.
Поблизости от планеты виднелась единственная луна. Она была непримечательной, даже по своему названию (сколько спутников в населенных людьми мирах известны под именем Селена?), и обладала массой вчетверо меньше лунной. Но она находилась достаточно близко к планете, чтобы продемонстрировать почти на четверть больший угловой диаметр. Вследствие этого фактора, а также из-за яркого солнечного света и высокой отражающей способности она давала вдвое больше света. Райднур едва не ослеп, разглядывая ее.
— Полагаю, Фригольд больше Германии, — с умным видом промолвил Дитрих, чем весьма изумил Райднура.
— Или Терры, — ответил тот. — Диаметр экватора превышает шестнадцать тысяч километров. Но средняя плотность почвы невелика, поэтому сила тяжести составляет примерно девяносто процентов от стандартной.
— Но почему на планете такая плотная атмосфера, сэр? Особенно если принять во внимание энергетическую мощность солнца и сравнительно близкое соседство достаточно большой луны?
«Гм, — подумал Райднур, — а ведь мальчик довольно сообразителен. А сообразительность следует поощрять: смышленых людей вокруг мало».
— Из-за гравитационного потенциала, — сказал он. — Вследствие большого диаметра силовое поле убывает очень медленно. Кроме того, даже если железное ядро невелико, из-за чего тектонизм и утечка газов из атмосферы меньше нормы, — следует еще учесть, что собственное давление такого крупного объекта ограничивает количество выделяемого воздуха и высоту гор. Действие различных факторов приводит к тому, что атмосфера на уровне моря здесь плотнее терранской, но в ней можно безопасно дышать на любой высоте. — Он умолк, чтобы перевести дыхание.
— Если на планете так мало тяжелых элементов, значит, она довольно стара, — осмелился продолжить Дитрих.
— Нет, ранними исследованиями обнаружено обратное, — сказал Райднур. — Система фактически моложе Солнечной. Она, очевидно, формировалась в бедных металлами районах Галактики и после этого вошла в спиральную ветвь.
— Но по крайней мере Фригольд старше по историческим стандартам. Я слышал, что он сформировался более пяти веков тому назад. А численность населения до сих пор невелика. Меня это удивляет.
— Следствие небольшого размера первоначальной колонии и незначительного притока последующих иммигрантов на эту окраину. Кроме того, я полагаю, здесь имела место высокая смертность, прежде чем люди научились выживать внутри и вне миров, которых никогда не видели раньше, — миров, значительно более жестоких и коварных, чем тот, в котором жили ваши предки, Дитрих. Вот почему многие поколения стремились жить в своих городах, куда они могли не пускать посторонних. Но для того, чтобы обеспечить быстрый рост городов, у них не было достаточной экономической базы. Поэтому они начали контролировать рождаемость. До настоящего времени здесь было только девять крупных городов, и пять из них находились на одном континенте. Общая численность их жителей составляла четырнадцать с половиной миллионов.
— Но я слышал об аборигенах, сэр. Сколько их?
— Никто не знает, — ответил Райднур. — Это один из вопросов, которые мне поручено изучить.
Он произнес эти слова настолько резко и отрывисто, что Дитрих не осмелился задавать дальнейшие вопросы. Райднур сделал это неумышленно. Просто он вновь испытал чувство, которое время от времени мучило его и потрясало до глубины души.
Райднур ощутил беспредельность Вселенной.
Боже, подумал он, если ты не существуешь, ужасный бог, и если существуешь, — здесь находимся мы, гомо сапиенс, дети Земли, создатели костров и каменных топоров, протонных преобразователей и генераторов тяготения, космических кораблей, движущихся быстрее света, исследователи и завоеватели, властители Империи, которую мы сами основали, границы владений которой мы установили, включив в нее четыре миллиона пылающих солнц… мы здесь — но кто мы такие? Что такое четыре миллиона звезд, находящихся в пределах одной ветви Галактики, среди сотен миллиардов таких же звезд, и что такое одна галактика среди многих других?
Ну что же, я скажу тебе, кто мы и кто они, Джон Райднур. Мы являемся во Вселенной более или менее разумным видом, который порождает мудрецов так же случайно, как случайно рождаются снежинки. Мы ни на волос не лучше, чем наши большие зеленокожие хвостатые мерсейские соперники, даже если не принимать во внимание, что у них совсем нет волос. Мы просто отличаемся от них наружностью и языком, так же как и имперскими аппетитами. Галактике — какую же крошечную ее часть мы когда-нибудь сможем контролировать! — абсолютно наплевать, одолеет ли их молодая алчность и смелость нашу усталую пресыщенность и осторожность. (Эта мысль, кстати, порождена нашей стареющей цивилизацией.)
Наши нынешние владения слишком уж велики для нас. Мы не можем их полностью охватить. Мы просто не способны на это.
Бог с ними, с четырьмя, как вычислил кто-то, миллионами солнц в пределах наших границ. Просто подумай примерно о сотне тысяч планет, которые мы посещаем, занимаем, которыми распоряжаемся и с которых взимаем дань. Можешь ты представить себе количество этих планет? Сто тысяч — не больше: ты можешь пересчитать их в течение максимум семи часов.
Но можешь ли ты представить колодец, сложенный из сотни тысяч кирпичиков, и мысленно увидеть все эти кирпичики одновременно?
Разумеется, нет. Ни одно человеческое воображение не сможет охватить зараз больше десяти.
Тогда рассмотрим планету, мир — большой, разнообразный, старый и таинственный, каким всегда была Терра. Можешь ли ты охватить умственным взором всю планету целиком? Можешь ли надеяться понять сущность всей планеты?
А теперь возьмись за рассмотрение вопроса о сотне тысяч планет.
Неудивительно, что Дитрих Штайнхауэр ничего не знал о Фригольде. Я сам никогда не слыхал о нем, пока меня не попросили взяться за эту работу. Я — специалист по мирам и существам, населяющим их, и способен с легкостью рассуждать на эти темы. Разве я не наблюдал несколько лет назад полное разрушение одного из таких миров?
О нет. О нет. Многие миллионы всего… всего живого… похоронили имя Старкада, похоронили навсегда. И все же погиб, ушел в небытие целый живой мир.
Нет ничего удивительного в том, что сведения, касающиеся Фригольда, лежали забытыми в одном из банков данных Терранской Империи и никто не интересовался ими. Фригольд не представлял собой ничего особенного. Это была просто одна из таинственных приграничных областей, единица учета. Поскольку оттуда не поступало никаких жалоб, достойных внимания губернатора данного сектора, зачем было допытываться и выяснять что-либо? Как можно было вообще что-либо разузнать? Всегда находилось что-нибудь более срочное, требовавшее пристального внимания. Флот, разведывательный отдел, компьютеры, лица, принимающие решения, были распределены по многочисленным звездным системам весьма скудно.
И сегодня, когда на Фригольде бушует война и силы флота Империи брошены на борьбу с мерсейско-арулианским оружием, для нас это не более чем пограничный конфликт. В высшей степени невероятно, чтобы кто-то из окружения Его Величества был хорошо осведомлен о том, что происходит здесь. Конечно, «наверху» долго звучал призыв наших адмиралов о помощи:
«Положение становится все хуже и хуже. Нас всерьез тревожат дикари внутренних районов. Городское население привлекать бесполезно. Оно, по-видимому, тоже понятия не имеет о том, что творится. Пожалуйста, посоветуйте, что делать».
И единственный пока человек, который может дать полный ответ на такое обращение, — я. Единственный. Даже не офицер флота, даже не специалист по культуре человечества — таковых заполучить невозможно, кроме как где-либо в других местах, где задачи, по-видимому, поважнее. Я всего лишь гражданский ксенолог, по контракту обязанный изучать обстановку, сообщать о происходящем и рекомендовать определенные действия. Мои советы можно принимать во внимание, а можно и не принимать.
Если бы я умер, а боевые действия продолжали бы расширяться и становились бы все ожесточеннее, Лисса заплакала бы, то же самое — некоторое время — делали бы и наши дети. Мне приятно думать, что несколько друзей огорчились бы, несколько коллег сообщили бы о постигшей их утрате — несколько библиотек записали бы мои книги на микропленки для нескольких последующих поколений.

Андерсон Пол Уильям - Форпост Империи => читать онлайн книгу далее