А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Незнанский Фридрих Евсеевич

Марш Турецкого -. Бархатный губернатор


 

На этой странице выложена электронная книга Марш Турецкого -. Бархатный губернатор автора, которого зовут Незнанский Фридрих Евсеевич. В электроннной библиотеке park5.ru можно скачать бесплатно книгу Марш Турецкого -. Бархатный губернатор или читать онлайн книгу Незнанский Фридрих Евсеевич - Марш Турецкого -. Бархатный губернатор без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Марш Турецкого -. Бархатный губернатор равен 328.38 KB

Незнанский Фридрих Евсеевич - Марш Турецкого -. Бархатный губернатор => скачать бесплатно электронную книгу



Марш Турецкого -

FIDO
Аннотация
Убиты один за другим трое кандидатов в губернаторы Ставропольского края. Расследовать преступления поручено старшему следователю по особо важным делам при Генеральном прокуроре Российской Федерации А.Б.Турецкому. Ему и его друзьям и коллегам из правоохранительных органов противостоят мафиозные структуры, поддерживаемые миллиардными суммами и высокими должностными лицами.

Фридрих Евсеевич Незнанский
Бархатный губернатор
Часть первая
ПАРТИЯ ШЕСТИСОТ
Кандидат в губернаторы края Федор Степанович Супрун, разумеется, был наслышан об убийствах, избиениях и похищениях людей его уровня. Но что подобное произойдет с ним, не мог и предположить. Просто не укладывалось в голове! Никому он не желал зла и не сделал ничего плохого, наоборот, всегда старался помочь любому человеку. Так было в молодые годы, когда он работал агрономом, так было, когда он занимал уже крупные хозяйственные должности. Строил дома, коттеджи, выбивал кредиты, квартиры выделял не чиновникам и не за взятки, а простым людям. И всегда зарплату выплачивал вовремя. Федор Степанович любил и уважал людей, и они, оценив это, выразили доверие и выдвинули его кандидатом в губернаторы.
И вот кандидат в губернаторы Супрун исчез из подъезда собственного дома около двенадцати часов ночи с субботы на воскресенье. Случилось это так.
– Приехали, Федор Степанович, – сказал водитель, останавливая машину у подъезда.
– Спасибо.
– Проводить? – спросил охранник, открывая дверцу.
– Не стоит.
– Свет-то не горит, – кивнул на окна дома охранник.
– Жена и дети на даче. До завтра, ребятки!
– Мы подождем.
– Хорошо.
– Не забудьте, Федор Степанович, включить, выключить и снова включить свет.
Супрун помахал рукой и вошел в подъезд.
Минуты через три-четыре окно кухни в квартире озарилось светом, потом снова стало темным и вновь засветилось.
– Порядок, – сказал водитель.
– Поехали, – помедлив, ответил охранник.
Ни водитель, ни охранник, естественно, не могли знать, что свет на кухне включал и выключал вовсе не Федор Степанович Супрун, а молодой человек в милицейской форме. Он встретил Федора Степановича на выходе из лифта, приветливо улыбнулся:
– Добрый вечер.
– Добрый…
К Федору Степановичу тут же подлетели два парня в штатском, сноровисто прошлись руками по одежде.
– Пустой, – сказал один из них.
– Ну и прекрасно, – ответил молодой человек и пригласил Супруна в собственную квартиру, возле открытой двери которой стояла женщина: – Прошу!
– Замок-то бельгийский, – ни к селу ни к городу заметил Федор Степанович.
– Да, – согласился молодой человек. – Очень хороший замок. Проходите, Федор Степанович.
Зайдя в прихожую, Супрун привычно снял ботинки, надел тапочки и направился на кухню, но молодой человек остановил его:
– Не беспокойтесь. Мы справимся сами. А вдруг вы нажмете выключатель три раза?
– Лихо, – проговорил Федор Степанович. – Не ожидал.
– Чего вы не ожидали?
– Не ожидал, – повторил Супрун, останавливая взгляд на женщине. – Ладно вы… Мужики. А девушку для чего приплели?
– Для уюта, – усмехнулся милицейский. – Вы небось голодны, Федор Степанович?
– Голоден.
– Вот она и приготовит. Холодильничек разрешите открыть?
– Открывайте.
– Здесь не только закуска найдется, но и выпивка, – открывая холодильник, сказал милицейский. – Что будете? Вино, водку?
– Водку.
Молодой человек достал бутылку водки, два фужера.
– А они что, столбы телеграфные? – кивнул Супрун на парней.
– На работе не пьют.
– А ты почему пьешь?
– А мне можно.
– Наливай полный.
Супрун выпил, крепко потер лицо ладонями.
– Закусывайте, Федор Степанович, закусывайте! Колбаска, балычок, икорочка… Неплохо живут кандидаты в губернаторы!
– Пусть второе разогреет твоя уютная, – приказал Федор Степанович.
– Особо засиживаться нам некогда, но горяченького поесть успеем. Разогрей-ка, Маша.
– Некогда засиживаться, – повторил Супрун. – Ну, выкладывайте, с чем пожаловали. Кому обязан такой честью?
– А вы не догадываетесь?
– Я, милый человек, не только догадываюсь… Я точно знаю.
– Тогда для чего лишние вопросы?
– Хочу из твоих уст услышать.
– По-моему, Федор Степанович, вы совершенно не понимаете своего положения…
– Понимаю, милок, понимаю. Приказано тебе живым меня доставить. А иначе ты рассусоливать бы со мной не стал. Пулю в лоб, и до скорого! Приказ держит.
– Верно подметили. Держит.
– Знаешь почему?
– Хотелось бы послушать.
– Побаивается меня нынешний губернатор Колесниченко Николай Михайлович.
– Губернатор вроде не из трусливого десятка…
– Это верно. Но все-таки убрать меня не решился. Люди не простят.
– Вам налить? – перевел разговор милицейский.
– Полный. – Супрун посмотрел на погоны молодого человека, усмехнулся. – Ты бы хоть майорские надел… А то старлей! Жидковато…
– А вы, Федор Степанович, как будто тоже не из трусливого десятка.
– Кому суждено быть повешенным, того не расстреляют.
– Ваше здоровье!
– Будь здоров! И главное – не кашляй!
– Наш человек! – ухмыльнулся один из парней. – Веселый!
– Уныние – один из смертных грехов.
– Смотри-ка, верующий! Вы же коммунист, Федор Степанович!
– Коммунистов, как известно, теперь нет.
– Куда же они делись? Всю жизнь были коммунистами, а сейчас испарились?!
– А вы тоже наверняка были если не коммунистами, то уж комсомольцами – точно. И тоже куда-то делись!
– Перешли в другую веру.
– И в какую же?
– Нашу.
– Понятно, – сказал Супрун. – Говорят, за вашу веру неплохо платят?
– Хватает.
– И не страшно вам, мужички?
– Кого нам бояться, Федор Степанович?
– Ну хотя бы власти.
– Какой?
– Власть одна. Государственная.
– Вы всерьез полагаете, что существует государственная власть?
– Ты, конечно, так не полагаешь?
– И ежу понятно, что государственной власти в России нет.
– Ежу, может, и понятно, а мне вот нет.
– Значит, Федор Степанович, вы оказались тупее ежа.
С улицы донесся приглушенный звук автомобильного двигателя. Молодой человек глянул на часы.
– Философская трепотня закончилась, уважаемый товарищ Супрун. Нам пора. И прошу вас, Федор Степанович, без фокусов. Вы правы, нам приказано доставить вас живым и невредимым. Но это лишь в том случае, если вы будете вести себя по-джентльменски.
Супрун осмотрел всех четверых, каждого по очереди, подольше задержав взгляд на женщине, и поднялся.
– Едем.
У подъезда стояли две иномарки. В одну из них на заднее сиденье усадили Супруна с двумя молодыми парнями по сторонам, в другую сели женщина и молодой человек в милицейской форме.
– Вот что, кандидат, – предупредил один из парней. – Поговорил – и хватит. Если остановят, молчи как рыба. Я не старлей. У меня другой приказ.
И с этими словами парень щелкнул наручниками, пристегнув к своей руке запястье Федора Степановича. Обе машины тронулись.
С некоторых пор губернатору края Колесниченко Николаю Михайловичу частенько снился один и тот же сон: зеленая без конца и без края степь, темное небо в сполохах молний и будто бежит по этой степи он, Николай Михайлович, одетый в белый смертный саван, а куда бежит, и сам не знает. И слышится ему нарастающий грозный гул, идущий словно из-под земли, и видятся ему какие-то огромные тени, беспорядочно летающие в этом безмерном пространстве… Губернатор вскакивал и долго не мог понять, сон ли это или было такое наяву.
И в ночь похищения Супруна опять привиделся губернатору тот же сон. Он открыл глаза и долго смотрел в высокий белый потолок. Зазвонил телефон.
– Слушаю.
– Все прошло благополучно, Николай Михайлович, – раздался в трубке мужской голос.
– Хорошо, – ответил Колесниченко и положил трубку.
Он поднялся, прошелся по комнате, вернулся в спальню и закурил. Он был один в огромной квартире, жену и дочь отправил на Багамы, как делал обычно, когда решался в его жизни тот или иной серьезный вопрос, – отправлял куда-нибудь подальше, лишь бы с глаз долой. А вопрос, который следовало решить губернатору, был действительно очень серьезным. Речь шла о жизни и смерти Супруна. Депутат краевой Думы Супрун Федор Степанович был самым опасным соперником Колесниченко в борьбе за губернаторский пост. Опасность состояла в том, что Супрун был выдвинут в кандидаты без каких-либо усилий со своей стороны, как говорится – снизу. Пришли к нему ходоки и положили на стол списки, необходимые для прохождения в кандидаты, и число подписавшихся было в несколько раз больше, чем у других претендентов. Опасен был для действующего губернатора и мэр города Головачев Павел Андреевич, но он от борьбы отказался, сославшись на неотложные городские дела. Злые языки, правда, утверждали, что мэр струсил после трех жестоких убийств кандидатов в губернаторы, которые потрясли весь край. Быть может, так оно и было на самом деле, умирать ведь никому не хочется.
Итак, главным соперником Колесниченко оставался депутат Думы Супрун. Теперь его везут по горным дорогам в указанное губернатором место, куда утром прилетит и он, Николай Михайлович. Там, в уютном и тихом коттедже, и решится дальнейшая судьба депутата и кандидата в губернаторы края Федора Степановича Супруна.
…Люди приходят к власти различными путями. Одни, как бы призванные Всевышним, идут к своей цели, не нарушая законов, их ведет к вершине сама судьба. Путь других же, и таких большинство, темен, извилист и даже кровав, хотя, быть может, они и не хотели этого, но обстоятельства были сильнее их. К такому роду людей принадлежал и Николай Михайлович Колесниченко.
В советское время, а особенно в застойные годы, тогда еще молодой Николай Михайлович быстро уяснил, что для получения власти над людьми особенно многого не требуется: необходимо хорошо учиться, вступить в комсомол, потом в партию. Хорошо бы закончить высшую партийную школу и далее подниматься по ступенькам партийной лестницы или в райкоме, или на производстве. Он и пошел этой проторенной дорожкой. С отличием закончил строительный институт, около года поработал на стройке, откуда добрые дяди отозвали его в городской комитет партии на должность инструктора. Через пару лет его повысили – перевели на должность заведующего отделом промышленности и строительства горкома, и тут дело застопорилось. Все более высокие посты были заняты, и Николаю Михайлович по крайней мере с десяток лет ничего не светило. И тогда он сделал решительный шаг – ушел с теплого местечка на отсталый строительный участок, который через некоторое время сумел сделать передовым. Николай Михайлович умел работать, он чувствовал себя на месте и, быть может, со временем вырос бы в крупного хозяйственного руководителя. Но тут грянула перестройка, а потом началась всеобщая ваучеризация. Здесь-то и появился на горизонте одетый по последней моде молодой человек с одутловатым лицом и театральными манерами – Миша Юсин, директор торговой коммерческой фирмы, занимающейся сбытом цветного и черного металла. Конечно, Николай Михайлович тогда и предположить не мог, что имеет дело с вором в законе, который был известен в криминальном мире под кличкой Муссолини. Он посоветовал Николаю Михайловичу приобрести ваучеры, которые, по его словам, должны в дальнейшем сыграть огромную роль в хозяйственной жизни страны. Более того, Миша предложил свои услуги по приобретению большого количества ваучеров по бросовой цене.
Пришел час, и на эти ваучеры был приватизирован стройкомбинат, которым руководил Николай Михайлович. И теперь он стал уже не директором с твердым ежемесячным окладом, а владельцем этого предприятия, можно сказать, капиталистом. Обмыть такое дело Миша предложил в Париже, в ресторане «Максим». Так и сделали, тем более что зарплата Колесниченко выросла в сотни раз. В Париже Мишу и Николая Михайловича встретили два джентльмена «московского розлива». Позднее, в ресторане «Максим» за столиком под пальмой, под звуки казацких песен, под коньяк «Наполеон», была решена судьба Николая Михайловича Колесниченко. Джентльмены предложили ему стать мэром Пятигорска. В самое ближайшее время, видимо, начнутся перевыборы, так как здоровье нынешнего мэра внушает серьезные опасения – по слухам, у него рак желудка. Николай Михайлович забеспокоился было о судьбе стройкомбината, но оказалось, что и этот вопрос уже решили его компаньоны – стройкомбинат уходит под крышу коммерческой фирмы Миши Юсина вместе со всей недвижимостью и движимостью: грузовиками, кранами, легковыми автомобилями, а также с двумя тысячами гектаров прекрасных лесных угодий, на которых будут выстроены коттеджи, бары, казино и прочие увеселительные заведения. Кроме того, джентльмены дали понять, что должность пятигорского мэра станет неким переходным моментом в его жизни, впереди его ждут дела более масштабные, а какие это будут дела, они, его новые друзья, позднее его просветят.
Спустя месяц с небольшим мэр Пятигорска умирает на операционном столе под ножом хирурга, а Колесниченко становится главой города. Выборы прошли, как говорят, без сучка без задоринки, потому что соперником его был человек совершенно никчемный. Разумеется, Николай Михайлович уже имел представление, в чьи цепкие лапы он попал, однако помалкивал. Да и новые его друзья не затевали никаких разговоров. Однако подошел час, когда надо было определиться. Разговор произошел на вилле Юсина, в горах. Присутствовали трое – Колесниченко, Юсин и депутат Государственной Думы господин Потапов, седоватый подтянутый мужчина с ласковыми темными глазами.
– Ну что же, Николай Михайлович, – приступил к основному вопросу Потапов, когда немного выпили и закусили, – с должностью мэра вы справились как нельзя лучше. Ехал по Пятигорску и удивлялся. Чистота, порядок, люди одеты со вкусом, в магазинах полно товара, кругом строят – и не какие-то хрущобы, а коттеджи, виллы со всеми удобствами…
– Дороговаты они, однако, – сказал Николай Михайлович. – Многим не по карману.
– Каждому свое, – возразил депутат. – Не нами, грешными, сказано. Трудись, крутись, вертись – и будет тебе вилла!
– Это точно, – поддержал Юсин.
– Вам известно, что, кроме депутатских обязанностей, я исполняю и другие?
– Известно. В общих чертах, – осторожно ответил Николай Михайлович, стараясь не подвести Мишу, который подробно рассказал об основной работе Потапова.
– Я вице-президент компании «Сибирское золото», которая, кроме золотоносных рудников, занимается драгметаллами типа платины, а также камнями. Мы, к примеру, на все сто процентов курируем добычу малахита – камня, исчезающего с поверхности земли, курс которого на Западе непрестанно повышается. Ну это к слову… А приехал я к вам с предложением баллотироваться в кандидаты Государственной Думы. Как вы на это смотрите?
– По правде сказать, хотелось бы с годик поработать мэром…
– Мэром вы будете. Но не городского, а краевого масштаба.
– Не слишком ли вы хватили? – помолчав, спросил Николай Михайлович.
– Не слишком, – усмехнулся Потапов. – Попомните мое слово, ровно через год вы станете мэром Ставрополя.
– Для чего тогда идти в Думу?
– Хотя бы для того, что мне там без вас скучно, – пошутил Потапов, но сразу же согнал улыбку с лица. – А если серьезно, мы нуждаемся в людях вашего типа. Деловых, имеющих твердую цель, хватких и волевых. Кроме того, вам необходимо завести связи в высших московских кругах.
– Кое с кем я знаком. И неплохо.
– Нам известны ваши знакомые. Это все мелочь. Я же имею в виду руководителей фракций Государственной Думы, министров, кого-то из ближайшего окружения Президента, директоров крупнейших коммерческих банков, иностранцев высокого ранга, ну и так далее и тому подобное. Связи эти вам очень и очень пригодятся. Итак, жду ответа.
– В Думу так просто не приходят. Нужен округ, люди…
– Вы смотрели вчерашние теленовости?
– Ночные. В ноль часов.
– Много работаете, – снова усмехнулся Потапов. – Я же говорю, очень деловой…
– Пришлось задержаться.
– Обратили внимание на сообщение об убийстве депутата Госдумы господина Веретенникова?
– Обратил.
– Насколько мне известно, вы родом из Курской области?
– Детство провел там.
– Веретенников как раз представлял интересы курян. И вы курянин! Вам и карты в руки!
– Но меня там никто не знает!
– Узнают. Главное, что вы родом из Курской области. Подключим печать, телевидение, радио, на каждом столбе будут висеть ваши фотографии с краткой и, надо сказать, очень хорошей биографией, организуем митинги, выступления. И поверьте, найдутся люди, ваши доверенные лица, от которых вы узнаете, какой прекрасный человек Николай Колесниченко, какие светлые у него идеалы и как много он сделает для процветания родной области! И все это мы подтвердим делом. Будут выделены квартиры для особо нуждающихся, вовремя выданы пенсии, зарплата, даже премиальные.
– Для всего этого необходимы большие средства…
– Миша, – обернулся к Юсину Потапов, – ты сообщил господину Колесниченко, сколько мы заработали на стройкомбинате за то время, когда он находился в скромной должности городского мэра?
– Как-то не пришлось, – ответил Юсин, отводя глаза.
– Так вот, Николай Михайлович, мы заработали только лишь на лесных угодьях, ранее принадлежавших стройкомбинату, которым вы руководили, порядка двадцати миллионов долларов. И не один десяток на самом стройкомбинате. А сколько мы прибрали к рукам, пока вы пребывали в должности мэра, об этом я промолчу. Деньги будут, и большие. Дело беспроигрышное. Итак?
– Согласен, – решился Колесниченко.
– Вопрос решен, – сказал Потапов. – Теперь обратимся к другим, более щекотливым обстоятельствам… Вы знаете, кем является Михаил Юсин?
– Мне известно, что господин Юсин генеральный директор коммерческой торговой фирмы, – заявил Николай Михайлович, прямо глядя в глаза Потапову.
– Да ладно вам, – снисходительно улыбнулся Потапов. – Вы хорошо знаете, что Михаил Юсин – вор в законе. Кличка Муссолини. И впрямь, посмотрите на него в профиль. Похож. Очень даже похож! Не делайте таких удивленных глаз, Николай свет Михайлович! Говорю же вам, мы все знаем. И если хотите, могу сообщить, где, кому и при каких обстоятельствах, при хорошем подпитии, вы изложили свои мысли по поводу господина Юсина…
– Не стоит, – помолчав, ответил Колесниченко.
– Правильно, не стоит. Да тут и удивляться нечему. В Грузии, к примеру, два генерала, тайные правители своего небольшого государства, воры в законе! Об этом только глупец не знает! И ничего, живут, правят. Возьмите Таджикистан… Этот… Как его? Главнокомандующий… Сафаров! Тоже вор в законе.
– Они, видимо, бывшие воры… – проговорил Колесниченко.
– Бывших воров в законе не бывает, – подал голос Миша Юсин. – Они или есть, или их нет. Это как печать. На всю жизнь.
В голосе Миши чувствовалась неподдельная гордость.
– А вы, господин Потапов? – спросил Николай Михайлович.
– Я, к сожалению, не имею чести принадлежать к столь высокому званию. Я, милый ты мой Николай Михайлович, женат, имею двух взрослых сыновей и дочку тринадцати лет. А женатым путь в подобное общество закрыт.
– Мы люди истинно свободные, – проговорил Миша. – Каста особая. Неприкосновенная.
– А все-таки? – настаивал Колесниченко, глядя на депутата.
– Вы хотите спросить, сидел ли я? Сидел. Два раза.
– А велик ли был срок?
– Велик. Десять и еще раз десять.
– Вы сидели двадцать лет?
– В общей сложности мне довелось пролежать на лагерных нарах четыре года три месяца и девять дней.
– И за что, если не секрет?
– Раньше это называли валютными махинациями. Теперь называют крупным бизнесом. Я с детства, любезный ты мой Николай Михайлович, обожал золотишко и камушки.
– Вор в законе, валютный махинатор и красный директор, – подвел итог Николай Михайлович.
– Именно так, – согласился Потапов, разливая коньяк. – Хочу лишь уточнить насчет красных директоров… Теперь они все люди солидные, жрут черную икру не под подушкой, как бывало, а на людях, в ресторанах, и не в каких-то там областных, а, скажем, в Монако, Риме, Нью-Йорке… Теперь они наши люди, наша опора и наша надежда. Но вы, уважаемый Николай Михайлович, будете стоять над красными директорами, они будут ходить под вами.

Незнанский Фридрих Евсеевич - Марш Турецкого -. Бархатный губернатор => читать онлайн книгу далее