А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Незнанский Фридрих Евсеевич

Марш Турецкого -. Прокурор по вызову


 

На этой странице выложена электронная книга Марш Турецкого -. Прокурор по вызову автора, которого зовут Незнанский Фридрих Евсеевич. В электроннной библиотеке park5.ru можно скачать бесплатно книгу Марш Турецкого -. Прокурор по вызову или читать онлайн книгу Незнанский Фридрих Евсеевич - Марш Турецкого -. Прокурор по вызову без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Марш Турецкого -. Прокурор по вызову равен 315.38 KB

Незнанский Фридрих Евсеевич - Марш Турецкого -. Прокурор по вызову => скачать бесплатно электронную книгу



Марш Турецкого -

FIDO
Аннотация
Кто стоит за скандалом, жертвой которого стал один из высших чиновников России? Кто из его врагов ухитрился запустить в средства массовой информации сенсационный компромат? Что же скрывается за этим запутанным лабиринтом версий и мотивов, лжи и интриг? Постепенно Турецкий понимает: похоже, что из всех версий верна лишь одна – самая странная, самая неправдоподобная...

Фридрих Евсеевич Незнанский
Прокурор по вызову
Кто заказал проститутку?!
Вчера утром в своей пятикомнатной квартире в Воскресенске выстрелом из снайперской винтовки была убита Светлана Парамоновна Калашникова. Двадцати шести лет, одинокая, безработная.
Смертельный выстрел был произведен с крыши девятиэтажного здания, расположенного в соседнем квартале, примерно в пятистах метрах от дома, в котором проживала Калашникова. Это пока единственный факт, достоверно установленный следствием. И вполне вероятно – последний.
Чьи деньги украл питерский хакер?!
Сотрудниками налоговой полиции Санкт-Петербурга задержан временно безработный Игорь К., которому инкриминируют хищение 2 000 000 долларов из «Кредитного банка» г. Женевы. Причем деньги были сняты не «с миру по нитке», а с одного конкретного «русского» счета.
Любопытно, что пострадавший владелец так и не объявился, предпочитая, очевидно, потерять 2 000 000 долларов, нежели иметь дело со швейцарской полицией.
И теперь задержанного хакера, вероятно, придется отпустить, так как ему можно вменить в вину только использование нелицензионного программного обеспечения.
Что делать???
Призрак коммунизма бродит теперь только по Корее. Иногда заглядывая на Кубу…
Как вернуть его в Россию? Чем заманить? Что посулить неприкаянному?
Мнения разделились. Одни говорят – деньги. Вторые – тело. Третьи – вечный покой и вечную память.
А вместе с мнениями разделились и верующие в него…
Из газет
Турецкий. 4 апреля, воскресенье. 22.10
Лидочка немного успокоилась, но разговор упорно не клеился, – совершив пару безуспешных попыток завязать дискуссию о погоде, Турецкий молча уставился в окно. Таксист слушал по радио новости и язвил в адрес дикторши.
«После ряда публикаций в СМИ генеральный прокурор Владимир Замятин подписал постановление о проведении обыска в офисе охранного агентства „Вулкан“, якобы занимавшегося прослушиванием телефонных переговоров и слежкой за высокопоставленными российскими чиновниками, политиками и крупными финансистами. По некоторым сведениям, „Вулкан“ имеет в своем арсенале сверхсовременную шпионскую технику, которой могут позавидовать официальные спецслужбы».
– О-о-о… – иронично тянул таксист.
"Так, в наделавшей около месяца назад много шума статье «Всероссийская паутина», напечатанной в «Московском комсомольце», анонимный автор утверждал, что «Вулкан» прослушивает и при помощи суперкомпьютера стенографирует все переговоры по мобильным телефонам на территории нашей страны, а также переговоры по линиям правительственной связи. Кстати, упомянутый суперкомпьютер, по словам автора, вывезен из США в обход установленных ограничений на экспорт новейших компьютерных технологий, что само по себе является уникальным случаем в истории технического шпионажа.
По некоторым данным, «Вулкан» также имел практически неограниченный доступ к совершенно секретной информации, хранящейся в ФСБ и МВД".
– Дерьмо ваше ФСБ! – распалялся таксист. – От Конторы одно здание осталось. Прослушивают их… Скоро будут по пьяни углы обделывать!
"В распространенном сегодня заявлении пресс-центра Генеральной прокуратуры сообщается, что в результате проведенных оперативно-розыскных мероприятий установлена причастность «Вулкана» к незаконному наблюдению за семьей президента и рядом видных российских общественных деятелей. Генеральным прокурором подписано постановление о возбуждении против руководителей «Вулкана» уголовного дела по признакам статей 137 и 138 УК РФ (нарушение неприкосновенности частной жизни и нарушение тайны переписки, телефонных переговоров).
Руководитель пресс-центра Генпрокуратуры Олег Сытник в интервью нашему корреспонденту, сославшись на необходимость соблюдения тайны следствия, отказался комментировать сведения о финансировании деятельности «Вулкана» Вилли Сосновским и связь вчерашних событий с проведенным на прошлой неделе обыском в московском представительстве фирмы «Универсал газ трэйдинг», контрольный пакет акций которой принадлежит господину Сосновскому".
– Мужик, конечно, полное говно – но его уважаю! Нажухал родное государство на половину бабок и жив до сих пор!
"В свою очередь, в президентской пресс-службе нам сообщили, что публикации, послужившие основанием для проверок Генпрокуратуры, были включены в обзор прессы, который ежедневно готовится для президента. Однако пока ничего не известно о его реакции по этому поводу.
Сегодня поздно ночью Вилли Сосновский возвращается из Белграда, где, согласно информации РИА «Новости», он вел переговоры с югославским руководством о льготных поставках сжиженного газа и нефтепродуктов в эту страну для обеспечения гуманитарных нужд. По возвращении Сосновского в Москву, возможно, следует ожидать нового поворота в деле «Вулкана»…"
Такси остановилось у новой восемнадцатиэтажки.
– Я тебя провожу. – Турецкий выбрался из машины и помог выйти Лидочке. – Похвастаешься своим гнездышком. – О том, что Лидочка с родителями больше не живет, он знал, но в гостях у нее, понятное дело, не был. – Асфальт тут на грязь клали или на снег? – живо интересовался Турецкий, шагая по колдобистому темному дворику. – А фонари только по праздникам включают?
Лидочка на его бодрые замечания не реагировала, сосредоточенно всматриваясь в темноту двора.
Дверь подъезда резко распахнулась прямо у них перед носом, Лидочка вздрогнула и невольно прижалась к Турецкому. Из подъезда выскочил стремительный хмурый мужик с авоськой и, буркнув «здрасть…», убежал в ночь. Лидочка сделала вид, что просто оступилась – бетон на ступеньках крыльца, конечно, уже успел раскрошиться, – только Турецкий в это не очень поверил.
Поднялись на пятый этаж.
– Ты не против, если я тут похозяйничаю? – Турецкий прошел прямо на кухню и взялся заваривать чай.
Лидочка безучастно наблюдала за его деятельностью.
Обнаружив в холодильнике початую бутылку «Белого аиста», Турецкий щедро плеснул себе и хозяйке. Изумительный букет коньяка с бергамотом приятно щекотал ноздри. Почему-то захотелось есть.
– Вы хоть успели поужинать до того? – как бы невзначай поинтересовался Турецкий. Неплохо было бы подкрепиться парой бутербродов, но Лидочке есть не хотелось, и он решил отложить подкрепление до возвращения домой. – Расскажешь, что случилось?
– Ничего не случилось. – Она медленно прихлебывала чай, глядя мимо Турецкого.
– Лидка! – взорвался он. – Ну ты на себя посмотри: ревешь, руки дрожат, от соседей шарахаешься. И ты мне будешь говорить, что ничего не случилось? Если это, конечно, дела амурные, ради бога – разбирайся сама. Хотя стоило бы этому надутому уроду популярно объяснить, как себя вести с хорошенькими девушками…
– Не амурные.
– Хорошо. Уже гораздо проще. Чего же он от тебя хочет? Может, денег? Ты у него деньги не занимала?
– Нет. – Она снова была готова расплакаться.
Разговор нужно было прекращать, но и оставлять девушку одну в таком состоянии не хотелось.
– Может, Косте позвонить?
– Александр Борисович, – Лидочка умоляюще посмотрела на Турецкого, – только отцу не нужно ничего говорить, хорошо?! У меня все нормально, я со всем разберусь, просто сегодня как-то сразу все… Это пройдет, все можно как-то уладить.
– Ладно, попей чайку – и спать. Но завтра я заеду и ты мне все-таки объяснишь. А то придется мне допросить с пристрастием твоего знакомого. Номер его колымаги я запомнил, мы в два счета выясним, кто он, и устроим наглецу допрос третьей степени…
По мере того как Турецкий рисовал перспективы розыскных мероприятий, лицо Лидочки вытягивалось и серело.
– Завтра, – выдавила она, – давайте поговорим завтра.
Отходя от двери, Турецкий услышал, как Лидочка закрылась на два замка и набросила цепочку.
Турецкий. 5 апреля, понедельник. 7.40
Сегодня Турецкий явился на работу на час раньше обычного, надеясь подремать на любимом диванчике часок-другой. Всю ночь дражайшая супруга развлекала его страшными догадками о том, что такого ужасного могло случиться с Лидочкой, и договорилась до того, что у Кости Меркулова скоро появится внучок-негритенок, папаша которого продал Лидочку за долги в гарем зимбабвийского князька. Турецкого оригинальные версии жены откровенно нервировали, но и закрывать тему было опасно – не выговорись Ирина Генриховна с ним, обязательно потянет ее поговорить с кем-то еще. В результате спал он часа полтора, не больше.
Однако оказалось, что в ранние птахи записались сегодня чуть ли не все служители Немезиды. В коридорах Генпрокуратуры было непривычно многолюдно. Народ бегал из кабинета в кабинет. Пока Турецкий поднимался на свой этаж, его несколько раз остановили на лестнице, интересуясь, не смотрел ли он ночью телевизор. Группа коллег, человек десять, курила у открытого окна, что-то оживленно обсуждая.
– Сан Борисыч! Телик ночью не смотрел? – снова окликнул кто-то Турецкого.
– Я по ночам сплю или… работаю. Случилось что?
– А хрен его знает.
Может, опять путч какой-нибудь, подумал Турецкий, заваривая кофе. Спать почему-то перехотелось. А ведь весной еще путчей не было. Непорядок.
Ровно в девять селектор голосом секретарши генерального сообщил, что Турецкого вызывают на ковер. Точно путч, решил он. Причем все уже сдались, признались и покаялись, а теперь просто протоколы заполнять людей не хватает.
Генеральный прокурор Замятин с серо-зеленым лицом хлестал минералку «Ессентуки-17» и жадно курил. От «доброго утра» Турецкого его просто передернуло:
– Постыдился бы!
– А в чем, собственно…
– Думаешь, из-за кого мы здесь собрались?!
Турецкий вопросительно взглянул на Меркулова, сидевшего за приставным столиком. Тот уныло кивнул – из-за тебя, мол.
Значит, не путч.
Турецкий быстренько перебрал в уме свои изыскания за последние несколько дней, но ничего экстраординарного вроде не случалось и не затевалось. На нем, правда, висело безнадежное дело о коррупции в Минтопэнерго, и генеральный недавно намекнул, что его (дело) надо побыстрее закрывать. Турецкий, естественно, сделал вид, что не понял, и продолжал копать по инерции, со свойственным опытным ищейкам автоматизмом, абсолютно не веря при этом в успех. Но вызвали его наверняка не из-за этого. Чтобы прикрыть дело по-тихому, не нужно устраивать показательный разнос с приглашением Меркулова.
– Был звонок из администрации президента, – с нажимом объяснил Замятин. – И меня очень попросили указать некоторым работникам Генеральной прокуратуры на их неадекватное поведение, порочащее авторитет серьезной организации, в которой они изволят служить. Теперь понятно?!
– Ну… в общих чертах. Хотя, конечно…
– Хватит ваньку валять, Турецкий! – рявкнул генеральный так, что даже закашлялся. Он отхлебнул еще минералки и продолжил, чуть сбавив громкость: – Вчера в ресторане «Россини» сотрудник администрации президента Аркадий Антонович Братишко ужинал с девушкой, никого не трогал, никому не мешал. Вы без всякой видимой причины вдруг взялись приставать к его девушке, оскорбили его в ее присутствии… действием! Нецензурно хамили. Нанесли человеку огромный моральный ущерб и увезли девушку на такси в неизвестном направлении… Я все правильно излагаю? Теперь припоминаете свои подвиги? Или вам дословно изложить, какие слова и с какими интонациями вы произносили в адрес уважаемого и, заметьте, трезвого на тот момент человека?
Турецкий просто опешил от такой наглости. Это он, значит, нецензурно хамил? Оскорблял действием и наносил моральный ущерб?!
– И не надо мне говорить, что вы не знали, кто он такой, – пресек его попытку возразить генеральный. – Во-первых, вы неоднократно бывали в администрации президента, я правильно понимаю? И могли бы запомнить тамошних сотрудников хотя бы в лицо. А во-вторых, работнику Генпрокуратуры, тем более следователю по особо важным делам, вообще негоже напиваться до поросячьего визга в общественном месте. Не умеете пить – сидите дома! – Замятин с отвращением посмотрел на свой стакан, но сделал еще глоток.
Турецкий поставил бы сто к одному, что и сам генеральный вчера здорово выпил – и цвет лица, и неуместная в такую погоду жажда о чем-то да говорят понимающему человеку. А Замятин между тем, почувствовав прилив новых сил, забегал по кабинету, энергично разрубая кулаком воздух перед собой:
– Я уже устал повторять, что пьянство, хамство, а тем более рукоприкладство несовместимы с прокурорским мундиром! Вообще аморальное поведение в любых его проявлениях должно караться самым жестоким образом. И если бы не ваши, Александр Борисович, былые заслуги и не заступничество Константина Дмитрича, – быть бы вам завтра же на бирже труда!
Беготня генерального окончательно вымотала, он упал в кресло и прикрыл ладонями лицо, чтобы не видеть больше осрамившегося «важняка», а может, опостылевшую минералку.
– Немедленно напишите подробный рапорт, в котором не забудьте пару раз упомянуть о том, как вы глубоко раскаиваетесь. А кроме того, перед Братишко вам придется извиниться лично. Для начала можно попробовать по телефону. И не дай бог, – Замятин из последних сил трахнул кулаком по столу, – до меня еще раз дойдет информация подобного рода! Пеняйте на себя. Все. Свободны.
– Она хоть того стоила? – поинтересовался Меркулов, когда они вышли из кабинета Замятина.
– Стоила, – буркнул Турецкий. – А козлу этому я в следующий раз и правда морду набью. Гаденыш, ответить, как нормальный мужик, он, значит, не мог, а ябедничать научился. Молокосос хренов!
– Ты только в рапорте не пиши про то, что в следующий раз будет, ладно? – усмехнулся Меркулов. – И про молокососов и гаденышей тоже пока, пожалуй, не стоит.
– Ладно, не буду.
Войдя в кабинет, Турецкий в сердцах пнул ногой стул для посетителей, подумал и выплеснул в горшок с кактусом остатки остывшего кофе. Кактус возмущенно передернул иглами – захотелось пнуть и его, но Турецкий сдержался.
В первый раз, что ли! Да пропади оно все пропадом! Вам хочется рапорт – получите. Он включил компьютер и принялся писать.
«Вчера, в неслужебное время, находясь с супругой (Турецкой И. Г.) в ресторане „Россини“ и выйдя в вестибюль покурить и подышать свежим воздухом, я имел неосторожность приблизиться к сотруднику администрации президента Братишко (о том, что данный гражданин носит фамилию Братишко и работает в администрации президента, определить в тот момент не представлялось возможным). Спутница упомянутого господина Братишко была расстроена и явно порывалась уйти, но он ее насильно удерживал. Возможно, он был пьян, а возможно, просто не умеет вести себя с женщинами. Я помог девушке одеться и вызвал для нее такси. При этом, возможно, я и ответил на его бессвязные реплики с угрозами в мой адрес и в адрес его же спутницы…»
Турецкий перечитал написанное. Конечно, Братишко козел, и на место его поставить надо. И это даже нетрудно будет сделать, если прямо сейчас сбегать собрать свидетельские показания с дедка из гардероба, гетеру опять же можно найти. Только стоит ли огород городить? Таких уродов ни рапортом, ни свидетельскими показаниями не проймешь и не ударишь. И врать он не разучится, и ябедничать не перестанет, а вот факт присутствия там Лидочки может всплыть, и нужно ли это – непонятно. К тому же Костя наверняка обидится. И даже в морду Братишко этому уродскому заехать нельзя, по той же самой причине. Досада какая…
Турецкий стер все, кроме начала первой фразы – удобная все же штука компьютер, сколько бумаги экономится.
"Вчера, в неслужебное время, находясь с супругой (Турецкой И. Г.) в ресторане «Россини» и выпив бокал несвежего коньяка «Юбилейный», я почувствовал легкое недомогание и не могу восстановить в точности дальнейшие события.
Я глубоко раскаиваюсь, если за вышеуказанный период я невольно нанес кому-либо какой-либо моральный ущерб".
Так уже лучше, и Лидочку можно не упоминать, но слишком коротко. Чем бы разбавить? Тосты, что ли, вспомнить вчерашние и указать, после какого поплохело?
Отчаянно захотелось пива.
Турецкий потянулся к телефону – позвонить Грязнову да плюнуть пока на этот чертов рапорт. Но Слава оказался проворнее – аппарат зазвенел буквально в руках у Турецкого.
– Ты телевизор смотришь? – Чувствовалось, что Грязнов доволен.
– Я рапорт покаянный начальству пишу.
– А это как раз про твое начальство. Шестой канал.
Турецкий включил телевизор.
Шестой канал показывал нечто похожее на любительское кино. Среди каких-то пальм и кактусов в кадушках голый мужик бегал за двумя голыми девками, причем девки пьяно повизгивали и хихикали. Потом вся троица танцевала канкан. Мужик Турецкому кого-то напоминал, но кого именно, Турецкий сообразить не мог, камера почему-то все время снимала его со спины или сбоку. Дальше мужик полез на какое-то возвышение и начал что-то говорить, но слов было не разобрать. Девки замерли перед ним, одна – с пионерским салютом, другая – с «рот-фронтом». Мужик соскочил вниз и, видно, напоролся задницей или еще каким местом на кактус, потому что заорал благим матом. Мат, несмотря на хреновость записи, был легко узнаваемым, членораздельным и изощренным. Девки с хохотом взялись поливать пострадавшего водкой.
На этом любительское кино обрывалось.
«…Копии видеозаписи, отрывки из которой вы только что видели, по нашим сведениям, переданы во все телекомпании столицы, а также в администрацию президента, в Думу и Совет Федерации, – без выражения сообщил ведущий новостей. – Мы пока воздержимся от комментариев, вы видели то, что вы видели. Напомню только, что Закон о средствах массовой информации содержит пункт, в котором говорится, что видеоматериалы, снятые скрытой камерой, могут быть продемонстрированы в случае их явной общественной важности. А видеозапись с участием человека, который очень похож на генпрокурора, представляется нам достаточно общественно важной».
Ну и ну!
Картина Репина «Приплыли», хмыкнул Турецкий. То-то голый мужик до боли кого-то напоминал. А кто-то не далее как час назад распинался о несовместимости прокурорского мундира с аморалкой, пьяными дебошами и прочим безобразием.
Турецкий вырубил звук, но совсем выключать телевизор не стал. Ясно, что одним видеосеансом дело не кончится. Сейчас все начнут реагировать, комментировать, выражать мнения. А вот с рапортом можно и даже нужно пока погодить.
Мысли «важняка» опять вернулись к Братишко. Как его там… Аркадий Антонович. А. А., значит.
– А-а, – с натугой повторил Турецкий и довольно ухмыльнулся. Звучные инициалы, полностью отражающие всю его сраную сущность.
Только что ему нужно от Лидочки и ему ли это нужно? Может, он для каких-то своих боссов старается? Может, они через Лидочку планируют как-то давить на Костю?
Начались «Криминальные новости», которые, естественно, тоже пожелали принять участие в раздувании скандала. Эти, правда, пленку крутить не стали. Когда на экране возник пресс-секретарь президента, Турецкий увеличил громкость.
«…Глава государства и премьер-министр едины во мнении, что нечистоплотность и политиканство не совместимы с высокой должностью генерального прокурора. Борьбу с преступностью могут вести только морально незапятнанные люди…»
Зазвонил телефон. Меркулов попросил срочно зайти, и, не дослушав пламенную речь пресс-секретаря, Турецкий побрел к начальству.
– Рапорт написал? – устало поинтересовался Меркулов.
– А кому он теперь нужен?
– Тебе нужен и Братишко нужен, мне нужен, наконец…
– Да ладно, – отмахнулся Турецкий, – распечатаю, чего ты завелся?
– Значит, так, Замятина отстранили. Временно. Будет расследование. И тебе в нем отводится не последняя роль. Нужно выяснить быстро и без лишнего шума, кто, где, когда снял эту пленку, кто монтировал, где полная запись, короче, все насчет кассеты.
– А почему без шума, расследование же официальное?

Незнанский Фридрих Евсеевич - Марш Турецкого -. Прокурор по вызову => читать онлайн книгу далее