А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

На подносе перед факсом лежала пухлая стопка бумаги. Придется заняться ею. Фиона вздохнула, взяла всю стопку и, автоматически разглаживая края, спустилась вниз.
Кит сдержал обещание, и обед стоял в холодильнике. Вряд ли фанатам известно, подумала Фиона, что человек, творящий такие сцены насилия, от которых его критикам снятся по ночам кошмары, любит расслабляться после дневных трудов, готовя какое-нибудь изысканное блюдо для своей возлюбленной. Наверное, им было бы предпочтительнее, чтобы он проводил вечера в Хэмпстед-Хит, откусывая зверушкам головы. Улыбнувшись странной мысли, Фиона налила в бокал холодного «Савиньон» и стала ждать, когда разогреется рисотто, а потом уселась за кухонный стол с испанскими бумагами и карандашом. Однако, взглянув на часы, она решила послушать новости, прежде чем всерьез взяться за полицейские отчеты из Испании.
Послышались знакомые звуки фанфар. На экране появилось серьезное лицо диктора.
- Добрый вечер. Смотрите в наших новостях. Обвиняемый в убийстве в Хэмпстед-Хит вышел из зала суда свободным человеком после того, как судья обвинил полицейских в неоправданном превышении полномочий.
Вот она, главная новость, не удивилась Фиона.
- Переговоры о перемирии на Ближнем Востоке близки к срыву, несмотря на личное вмешательство президента Соединенных Штатов. Новое падение курса рубля создает реальную угрозу российской банковской системе.
На экране за головой диктора название программы сменилось картинкой из зала суда.
- Сегодня человек, обвинявшийся в зверском изнасиловании и убийстве Сьюзан Бланчард, отпущен на свободу. Судья Мэри Деланси сказала, что полиция поймала Фрэнсиса Блейка в ловушку, предприняв операцию, по ее словам, «напоминающую охоту на ведьм». Несмотря на отсутствие серьезных улик против мистера Блейка, сказала судья, полицейские вынесли решение, будто мистер Блейк и есть убийца. Предоставляем слово нашему корреспонденту Даниэль Ратерфорд, которая была сегодня в суде.
На экране появилась женщина лет за тридцать с мышиного цвета волосами и серьезным взглядом.
- Сегодня в зале суда публика выразила возмущение решением судьи Деланси освободить Фрэнсиса Блейка из-под стражи. Семья Сьюзан Бланчард, изнасилованной и убитой на прогулке со своими близнецами в Хэмпстед-Хит, пришла в ярость от решения судьи и откровенного триумфа Блейка.
Однако, несмотря на протесты, судья не изменила своего решения, разве что выразила озабоченность действиями полиции, которые, как она считает, представляют собой угрозу демократии. Действуя по совету эксперта-психолога, полиция подключила к расследованию хорошенькую женщину-детектива, поручив ей завоевать симпатию мистера Блейка и вырвать у него признание в убийстве. Операция, стоившая налогоплательщикам сотни тысяч фунтов, продолжалась почти три месяца, однако не привела к чистосердечному признанию, хотя полицейские и решили, что у них без этого достаточно оснований для привлечения мистера Блейка к суду.
Защита заявила, что все, сказанное мистером Блейком, было спровоцировано женщиной-детективом, ибо мистер Блейк хотел произвести впечатление на даму вполне определенного типа, роль которой она играла. Судья приняла доводы защиты. После освобождения мистер Блейк, который провел восемь месяцев в тюрьме, объявил, что потребует компенсации.
Картинка сменилась, и на экране возник коренастый мужчина лет под тридцать с коротко постриженными черными волосами и глубоко посаженными темными глазами. На фоне белой рубашки и черного пиджака возник лес микрофонов. У Блейка оказался на удивление приятный выговор, и он часто опускал глаза, поглядывая на бумажку, которую держал в руках.
- Я никогда не признавал себя виновным в убийстве Сьюзан Бланчард, а сегодня отстоял свои права в суде. Однако мне пришлось заплатить за это большую цену. Я потерял работу, дом, подругу и репутацию. Я невиновен, но мне пришлось провести восемь месяцев за решеткой. Я подам на столичную полицию в суд и потребую компенсацию. И я искренне надеюсь, что впредь они дважды подумают, прежде чем хватать невинного человека.
Картинка опять сменилась. Прямо на фотоаппараты и телекамеры шел, наклонив голову и сцепив зубы, высокий мужчина в мятом сером костюме, а справа и слева от него - еще двое мужчин в плащах. Послышался голос репортера:
- Старший полицейский инспектор Стив Престон, расследовавший убийство в Хэмпстед-Хит, отказался комментировать решение судьи. Позднее представитель Нью-Скотланд-Ярда заявил, что не были организованы активные поиски других подозреваемых. Даниэль Ратерфорд из зала суда.
На экране вновь появилась студия, и диктор объявил, что через несколько минут будет продолжен разговор об убийстве в Хэмпстед-Хит. Фиона выключила телевизор. Зачем ей их версия? У нее были свои веские причины навсегда запомнить изнасилование и убийство Сьюзан Бланчард. И дело не в чудовищных фотографиях, отчете патологоанатома или близости места преступления к ее дому, хотя и это было ужасно. Дело даже не в жестокости убийцы, который изнасиловал и зарезал молодую мать на глазах ее полуторагодовалых сыновей.
Для Фионы убийство в Хэмпстед-Хит было важно тем, что положило конец ее сотрудничеству со столичной полицией. Ее дружба со Стивом Престоном началась еще в Манчестерском университете, где оба изучали психологию, и, в отличие от других дружб, не прервалась, несмотря на разные жизненные пути. Когда же в британской полиции впервые заговорили о привлечении психологов к расследованию повторных преступлений, Стиву показалось вполне естественным обратиться за консультацией к Фионе. Это стало началом плодотворного сотрудничества, когда точный научный анализ имеющихся данных шел на пользу опытным детективам, нюхом чуявшим преступника.
Не прошло и нескольких часов после того, как обнаружили тело Сьюзан Бланчард, а Стиву Престону уже стало ясно, что ему не обойтись без Фионы. Убийца не был новичком. Многому наслушавшийся от Фионы, прочитавший кучу книг, Стив быстро понял, что убийца уже не раз преступал черту закона. А Фиона с ее знаниями может, по крайней мере, подсказать что-нибудь о характере преступника, которого предстоит искать. Опираясь на факты, она хотя бы определит географию поисков. Данные у нее будут те же, что у полицейских, вот только глядеть на них она будет иначе.
В круг подозреваемых Фрэнсис Блейк попал почти сразу. Его видели неподалеку примерно в то время, когда было совершено убийство, он бежал от станции подземки, закрывающей небольшую лужайку, где, услыхав плач детей, прогуливавший собаку местный житель обнаружил труп Сьюзан Бланчард. Блейк был менеджером в одном из отделений похоронного бюро, отчего детективы тотчас заподозрили у него нездоровый интерес к трупам. Еще будучи подростком, Он работал в мясном магазине, так что, по мнению полицейских, вид крови не должен был его пугать. Став взрослым, он ни разу не попал в поле зрения полиции, зато юнцом дважды привлекал к себе внимание. В первый раз - потому что поджег мусорный бак, а во второй раз - потому что побил мальчишку младше себя. К тому же он не говорил прямо, что делал в то утро на Пустоши.
Но возникла проблема. Фиона не считала Блейка убийцей. Она говорила об этом Стиву и всем, кто был готов ее слушать. Однако альтернативные версии никуда не привели. Из-за безудержных нападок прессы Стиву пришлось арестовать Блейка.
Однажды утром он приехал в университетский офис Фионы, которая, едва взглянув на его потемневшее лицо, сказала:
- Мне не понравится то, что ты хочешь сказать, правильно?
Стив кивнул и плюхнулся на стул.
- Мне тоже не нравится. Я сегодня спорил до хрипоты, но политиков не прошибешь. Начальство решило действовать через мою голову. Они пригласили Эндрю Хорсфорта.
Комментарии не потребовались. Эндрю Хорсфорт работал в клинике. Его имя много лет было связано с закрытой больницей для душевнобольных, репутация которой страдала каждый раз после независимой проверки. Он полагался на то, что Фиона презрительно называла «чувствительным» подходом к рецидивистам, и гордился своей проницательностью, выработанной за долгие годы службы.
- Хорошо бы, он хоть на время забывал о своем «эго», - как-то раз с сарказмом заметила Фиона, прослушав одну из его лекций.
У него было, как Фиона говорила близким друзьям, счастливое попадание в точку, когда он взялся за свое первое большое дело и разработал определенный тип преступника, но с тех пор он ни на шаг не продвинулся вперед, зато газетчики получают от него бессчетные статьи и интервью. Когда полицейские производили законный арест, согласуясь с его данными, он тотчас начинал кричать о своих достижениях, но стоило им сплоховать, и он открещивался от них. Так как у полицейских был подозреваемый - Фрэнсис Блейк, Фиона ни на секунду не усомнилась в том, каким будет подготовленный Хорсфортом психологический портрет.
- Я выхожу из игры, - твердо сказала Фиона.
- К сожалению, ты уже вне игры, - с горечью проговорил Стив. - Они решили не принимать во внимание твой профессиональный совет и мое личное мнение. Теперь они готовят Блейку ловушку. Естественно, под началом Хорсфорта.
Фиона сердито покачала головой.
- Черт бы их побрал, - не выдержала она. - Хуже не придумаешь. Даже если бы я считала Блейка убийцей, это все равно не лучший выход. Вы могли бы получить пользу от опытного психолога, проработавшего не один год, но ваша молоденькая детектив, поднатасканная идиотом Хорсфортом, - это заранее запланированный провал в суде.
Стив пригладил ладонями редеющие волосы.
- Думаешь, я им не говорил?
И он в отчаянии стиснул зубы.
- Не сомневаюсь, что говорил. И знаю, что тебя от всего этого мутит не меньше, чем меня. - Фиона встала и подошла к окну. Ей было невыносимо ее унижение даже перед Стивом. - Что ж. Со столичной полицией покончено. Больше никогда не буду работать с тобой и с твоими коллегами.
Зная Фиону много лет, Стив понимал, что уговаривать ее бесполезно. Его самого настолько разозлило невнимание к его мнению, что и он был готов подать в отставку. Однако, в отличие от Фионы, у него не было другой работы, поэтому ему пришлось отбросить эту мысль и забыть о своей гордости. Правда, он рассчитывал, что и Фиона со временем забудет обиду. Но пока еще было рано об этом говорить.
- Я тебя не виню, Фион, - печально проговорил Стив. - Жаль, конечно, терять тебя.
Взяв себя в руки, Фиона посмотрела прямо ему в глаза.
- Тебе придется еще перед многими извиняться, прежде чем ты расквитаешься с этим делом, - мягко сказала она.
Даже тогда Фиона предвидела, к чему может привести интрига, затеянная Хорсфортом. Полицейским во что бы то ни стало нужно было засадить убийцу за решетку, тем более теперь их совесть успокаивал уважаемый психолог, говоривший как раз то, что они хотели слышать.
Фионе не доставил ни малейшего удовольствия тот факт, что права оказалась она.

Глава 3
Средневековая крепость Толедо стояла на горе, почти полностью окруженной рекой Тахо, изгибающейся тут наподобие бычьего ярма. Благодаря глубокой реке и крутым скалам большая часть города была защищена от нападений, и укреплять пришлось всего лишь одну узкую полосу. Теперь вдоль реки шла живописная дорога, с которой открывался прекрасный вид на золотящиеся в солнечных лучах дома, расположившиеся на всем склоне сверху донизу - от богато украшенного собора и строгого Алькасара. Это запомнилось Фионе еще с тех пор, когда тринадцать лет назад она с тремя друзьями в пыльный жаркий день осматривала город.
Туром по Испании они решили отпраздновать окончание аспирантуры, и в стареньком «фольксвагене» любовались видами и городами по своему усмотрению. Толедо остался в памяти в первую очередь как город Эль Греко, Фердинанда и Изабеллы; запомнились и витрины магазинов, где выставлены доспехи и мечи, и великолепное обслуживание. Но если бы кто-нибудь сказал тогда юному университетскому психологу, что в один прекрасный день она приедет в Испанию в качестве полицейского консультанта, Фиона непременно поинтересовалась бы, какие галлюциногены спровоцировали подобную фантазию.
Первый труп - обезглавленную женщину - нашли якобы в стародавние времена примерно в миле от городских ворот в глубокой, поросшей лесом речке, впадавшей в Тахо. Согласно преданию, то была цыганка, соблазнившая стражника, чтобы он открыл дорогу захватчикам. Цыганку обезглавили, а речку назвали Ла Дегойада - «Перерезанное горло». Ничему не удивляясь от усталости, Фиона тем не менее не преминула отметить, что майор Беррокал ни словом не обмолвился о судьбе солдата-стражника.
Современной жертвой стала двадцатипятилетняя немка Мартина Альбрехт, которая работала независимым гидом, на свой страх и риск организовывая для немецких туристов туры по Толедо. Судя по показаниям друзей и соседей, у Мартины был женатый любовник, младший офицер испанской армии, который служил при Министерстве обороны в Мадриде. В день убийства он присутствовал на официальном обеде в столице, то есть не меньше чем в сорока милях от места преступления. Приглашенные еще пили кофе и коньяк, когда было обнаружено тело Мартины, так что любовник выпадал из круга подозреваемых. К тому же, по словам друзей, Мартина была совершенно счастлива.
Труп был обнаружен незадолго до полуночи парочкой подростков, которые припарковали мотоцикл на обочине и спустились на полянку, чтобы спрятаться от любопытных глаз. Подозревать их тоже не было смысла, хотя отец девушки, по слухам, обвинял дружка своей дочери на том основании, что он якобы развратил невинную девушку.
Согласно отчету с места преступления, Мартина лежала на спине, широко раскинув руки и ноги. Патологоанатом писал, что на нее, по-видимому, напали сзади и горло перерезали слева направо длинным и очень острым ножом, возможно штыком. Точнее определить было трудно, тем более что Толедо славится своим оружием и едва ли не в каждом из дюжины торгующих сувенирами магазинов на главной улице можно купить наточенный, как бритва, нож. Смерть наступила почти сразу же, едва кровь хлынула двумя фонтанами из сонных артерий. Так как вся одежда оказалась пропитанной кровью, то, похоже, Мартина стояла, когда на нее напали.
Дальнейшее исследование показало, что в ее влагалище, в клочья разорвав его, вбили разбитую бутылку. Правда, по отсутствию крови можно было предположить, что к этому времени Мартина, слава богу, была мертва. Бутылка оказалась из-под дешевого красного вина, которое можно купить почти в любом магазине. Внимание полицейских привлек забрызганный кровью путеводитель по Толедо на немецком языке, на котором рукой Мартины были написаны ее гая, адрес и номер телефона.
Непонятно было, как Мартина оказалась возле Ла Дегойада. Собственно, попасть туда не составляло труда; туристский маршрут наверняка пересекал речку, к тому же, неподалеку было много мест, где машина легко могла съехать с дороги. Женщина, с которой Мартина делила квартиру, рассказала, что та пришла с работы около семи. Они вместе съели хлеб с сыром, салат, потом соседка отправилась к друзьям. У Мартины же не было никаких определенных планов на вечер, разве что где-нибудь выпить перед сном. Полицейские опросили владельцев кафе и баров, которые она обычно посещала, однако никто не видел ее в тот вечер. Опросили также членов группы, с которой Мартина работала накануне, однако никто не заметил, чтобы какой-нибудь мужчина проявлял особое внимание к юной Мартине. Кроме того, вся группа была вечером на празднике фламенко. По меньшей мере три человека подтвердили присутствие всех до одного членов группы на празднике.
Расследование застопорилось. Так почти всегда бывает, подумала Фиона, с первым в серии преступлений, особенно если преступник достаточно умен, чтобы скрыть следы, и у него нет тайного желания быть пойманным. Невозможно определить направление поиска, если нет очевидной связи между преступником и его жертвой.
Через две недели был обнаружен второй труп. Сравнительно короткий перерыв, мысленно отметила Фиона. На сей раз местом преступления стала просторная монастырская церковь Сан-Хуан-де-лос-Рейес . Фионе припомнились крытые аркады и массивное квадратное здание, украшенное нелепыми горгульями. Как раз там один из ее спутников обратил внимание на перевернутую горгулью - вместо жуткой морды, поглощающей воду, была видна фигура ниже пояса, словно горгулья протаранила головой стену.
Уникальным украшением фасада было множество висевших на нем ручных и ножных кандалов. Это были те самые кандалы, в которые мавры заковывали христианских пленников, взятых в Гранаде, так что когда большая армия Фердинанда и Изабеллы освободила Гранаду, монархи постановили повесить кандалы на церковь в назидание потомкам.
Фиона живо представила себе, как чудовищно смотрелись черные кандалы на фоне золотистого камня под ярким солнцем.
Второй жертвой стал американский студент, изучавший религиозное искусство, некий Джеймс Пол Паланго. Его труп нашел на рассвете уборщик, который мел улицу вдоль аркад монастыря Сан-Хуан-де-лос-Рейес. Стоило уборщику завернуть за угол и оказаться перед церковью, его взгляд уловил наверху что-то необычное. Паланго висел на кандалах, и в лучах раннего утреннего солнца что-то блестело у него на шее. Когда тело опустили на землю, стало ясно, что сначала его задушили собачьим поводком, а потом уже подняли наверх и повесили с помощью наручников. В отчете патологоанатома было также указано, что тело Паланго было осквернено с помощью отбитого горлышка бутылки, которое так и осталось в изрезанном заднем проходе несчастного. Однако отсутствие крови показывало, что убийца осквернял труп. Примечательно, что в кармане у Паланго тоже нашли путеводитель по Толедо.
Полицейские установили, что Паланго был евангелистом из Джорджии и происходил из состоятельной семьи. Остановился он в парадоре , построенном высоко в горах на противоположной от города стороне реки. Служащие отеля сообщили, что Паланго рано поужинал и в арендованной машине около девяти часов вечера поехал в город. Позднее машину отыскали в гараже напротив Алькасара. В результате интенсивного опроса выяснилось, что американец выпил кофе в «Плаца-де-Зокодовер», что в самом центре Старого города, однако в вечерней толчее никто не обратил внимания, когда он ушел из кафе и ушел ли один. С тех пор его никто не видел.
Фиона откинулась на спинку стула и потерла глаза. Неудивительно, что майору Беррокалу требуется ее помощь. Единственная ценная информация, которую удалось извлечь из второго убийства, это то, что убийца физически силен, иначе ему не удалось бы затащить весящего не меньше шестидесяти килограммов парня наверх, и весьма смел, если повесил свою жертву в людном месте. В написанной от руки записке майор Беррокал указывал, что ближайшие кафе закрылись под утро, площадь перед церковью тихая, вокруг всего несколько домов, да и убийца выбрал дальний угол фасада, чтобы никому не попасться на глаза.
Фиона потянулась и подняла над головой руки, обдумывая полученную информацию. Спору нет, заманчиво взяться за такое запутанное дело. Оставалось решить, сможет ли она предложить что-нибудь конструктивное зашедшим в тупик полицейским. Несколько раз ей уже приходилось работать с европейскими полицейскими, и она ловила себя на том, что главная трудность - в недостаточном понимании особенностей той или другой страны. Тем не менее мотивы убийцы уже как будто начали проясняться в сознании Фионы.
Очевидно одно. Пока она медлит, он планирует следующее убийство. Фиона налила себе еще вина и приняла решение.

Глава 4
Фиона спускалась по лестнице, держа в руках «Путеводитель по Испании», когда услыхала звук открываемой двери.
- Привет!
- Я привез Стива, - откликнулся Кит расслабленным от выпитого виски голосом.
Фиона слишком устала, чтобы обрадоваться перспективе ночного бдения. К счастью, Кит привез одного Стива, а тот чувствует себя у них как дома и не будет возражать, если она отправится в постель. Фиона поглядела на главных мужчин в своей жизни, которые были на удивление непохожи друг на друга. Стив - высокий, крепкий, гибкий, темноволосый, Кит же с его широким тяжелым торсом казался ниже, чем был на самом деле, его бритая голова блестела на свету.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39