А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Ему даже удалось не хлопнуть дверью. Что ж, по крайней мере, Телфорд отступил. Заместитель комиссара вряд ли обрадуется, услышав срочное сообщение на автоответчике, когда вернется из заморских странствий, но, будучи хитрым политиком, как все высшие чиновники, он все же был куда храбрее Тефлона. Он сразу поймет, чего добивается Стив. И наверняка не станет ему мешать. А до тех пор надо хранить спокойствие и вести себя как можно тише.
Возвращаясь к себе в кабинет, он думал о том, что просто бывает только в книжках.
Фиона «пропахала» все документы по делу об убийстве Дрю Шанда и со своей точки зрения на редкость непродуктивно. Единственное, что было достойно внимания, так это отсутствие сексуальной мотивации в реальных убийствах, имитировавших выдуманные. Значит, в убийстве Шанда и Джорджии Лестер надо искать другой мотив. Оба схвачены, насильно увезены, убиты не у себя дома, а где-то еще, оба известные авторы триллеров, в которых действовали серийные убийцы и которые были удачно экранизированы. Все это, однако, относится к психологии действа. Ас чего же начиналось? Где искать улики?
Что поразило Фиону, так это способность убийцы к импровизации. В каждом конкретном случае реальное убийство чем-то, и весьма значительным, отличалось от книжного. В случае с Дрю Шандом он бросил труп в месте, не похожем на описанное жертвой, хотя поблизости были в точности такие места. Вероятно, убийце нужно было менее открытое место, к которому он мог бы подъехать на машине. В случае с Джейн Элиас пытки вроде бы совершались, но когда она была мертва, в отличие от того, что она написала. Или убийца изначально недооценил себя, или в процессе совершения преступления счел себя не способным на откровенный садизм. Фиона склонялась ко второму, поскольку это соответствовало элементу целесообразности в первом преступлении.
В случае с Джорджией таким моментом было обнаружение головы. Да и Дюваль тоже считала, что преступник не следовал рабски первоисточнику. По крайней мере, эксперты утверждали, что он не имел секса с отрезанной головой. Опять элементы брезгливости и целесообразности. Убийце было важно, чтобы останки идентифицировали, и для этого он оставил в морозильнике голову. Опять импровизация.
Это, конечно же, не почерк убийцы, но все же кое-что. Повеселев, Фиона приближалась к квартире Дрю Шанда с большим оптимизмом, чем выходила из полицейского управления. Почему бы ей не найти там чего-нибудь важного?
Уже было довольно поздно, когда Марри вез ее по оживленным улицам к дому Дрю Шанда. Он проводил ее до входа и оставил одну, наказав запереть дверь после ухода, а утром отдать ключи дежурному.
Квартира показалась Фионе очень красивой. Комнаты были элегантных пропорций с великолепными фризами в гостиной и главной спальне, окна которой выходили на запад и в большой сад, огороженный красивой железной оградой и отделенный дорогой от других домов. Внутри все было очень дорогое; начиная от тяжелых штор и кончая удобной мебелью. Стены украшали кадры из фильмов в «черном» жанре, да и коллекция видеокассет в гостиной указывала на этот интерес Шанда. Несмотря на кассеты и книги, стоявшие на полках в чистеньком кабинете, дом больше напоминал рекламную картинку, чем жилище живого и неординарного человека. В ванной комнате тоже было на удивление чисто и пусто, потому что все щетки, флаконы и полотенца были спрятаны в зеркально-хромовых шкафах. Даже начатый тюбик зубной пасты не портил вид.
Таково было впечатление Фионы от квартиры. Однако она не считала себя психоаналитиком и вычисляла преступника не по его привычному поведению. Следовательно, ее делом было найти что-то, связывающее Дрю Шанда с Чарльзом Кэвендишем Редфордом. Ей было известно, что полицейские тщательно обыскали все комнаты, однако они в первую очередь искали доказательств его сексуальной ориентации и связей с миром голубых, а не с отчаявшимся коллегой.
Подвинув стул к столу, она принялась просматривать документы. В нижнем ящике были личные бумаги - закладная, счета, все, что сопровождает человека в современной жизни. В следующем ящике было несколько папок с бумагами, имевшими отношение к опубликованному роману Дрю и к тому, над которым он работал. Она по-быстрому просмотрела их на случай, если Дрю и вправду украл идею Редфорда. Однако ничего такого не было и в помине.
В верхнем ящике Фиона обнаружила письма, контракты с агентом, издателем и папку с надписью «Письма фанатов». Она была на удивление толстой, по крайней мере так подумала Фиона, вытаскивая ее из ящика. Она довольно долго прожила с Китом, чтобы иметь представление о переписке знаменитого писателя, но эта папка превзошла все ее ожидания. Первая дюжина писем была обычной; Шанда хвалили за его первый роман, спрашивали, когда выйдет следующий, просили подписать экземпляры, изредка ему указывали на незначительные ошибки в тексте. В паре писем было выражено негодование по поводу переизбытка насильственных сцен в его романе. Но, в общем-то, ничего особенного.
Особое место в папке занимали письма и распечатки e-mail, в которых авторы выражали свой интерес к самому Шанду и к его сексуальной ориентации. Они были скреплены скрепкой. Сразу под ними был лист с надписью «Садистский файл».
Просмотрев все бумаги, Фиона обнаружила листок, сложенный вчетверо и лежавший отдельно. Развернув его, Фиона чуть не закричала от радости.
Дрю Шанд, твоя карьера едва началась, а ты уже встал на опасную дорожку воровства. Зачем ты это сделал? Зачем ты украл мою работу и опубликовал ее как свою? Ты лишил меня того, что принадлежит мне по праву.
Твои сочинения лишь слабое отражение чужого света. Ты берешь, ты разрушаешь, ты паразит, который живет за счет тех, кому завидует. Тебе известно, что это правда. Загляни в свою черную душу, и ты не сможешь отрицать, что обворовал меня.
Пришло время платить. Ты заслуживаешь лишь презрения и ненависти. Если, убив тебя, я верну себе то, что принадлежит мне, то пусть так и будет. Это разумная цена за то, что ты украл мою душу.
Я сам выберу день и час. Теперь ты не сможешь спать спокойно, потому что ты не заслужил спокойного сна. Вот уж я порадуюсь на твоих похоронах. Из твоего праха я восстану как феникс.
Кое- какая разница между этим письмом и другими письмами была. Однако общего оказалось куда больше. Фиона не сомневалась, что Дрю Шанд получил это письмо от того же человека, который писал Джорджии и Киту и который сочинил листовку, разбросанную на пресс-конференции, где он признался в своей виновности.
Трудно было найти аргументы, чтобы оспорить мысль, в которой Фиона утвердилась. Слишком много совпадений. Тот, кто убил Джорджию Лестер, убил и Дрю Шанда. И, похоже, этот человек - в самом деле Чарльз Кэвендиш Редфорд.

Глава 47
До чего же ее квартира похожа на нее самое, подумал Стив. Такая же стильная и смелая. Терри жила на последнем этаже старого кирпичного здания рядом с Сити-роуд. Три нижних этажа занимали дизайнерская контора, мастерская всяких кожаных изделий и компания по продаже оборудования независимым кинорежиссерам. Рядом с кнопкой четвертого этажа в лифте значилось: «Склад Фаулера», и Стиву пришло в голову, что квартиры не планировались при строительстве этого здания. Но вряд ли это имело значение для Терри.
Ее жилье состояло из огромного пространства в сорок на пятьдесят футов. В дальнем конце имелась дверь - в ванную комнату и в душ. Белые стены, терракотовый пол. Комната, или, скорее, зала, была поделена на несколько «секторов»: спальню, где стояла кровать с медной спинкой и медной же подставкой для платьев, гостиную с полудюжиной подушек и мини-стереосистемой, кабинет с письменным столом, компьютером и книжными полками от пола до потолка. Кухня располагалась в углу между окнами, и там стояли круглый стол и шесть складывающихся стульев. Портативный телевизор и видеомагнитофон на передвижном столике были в другом углу. На стенах висели яркие репродукции, и - никаких больше ярких пятен.
Терри открыла дверь, изображая победные фанфары, и Стив несколько мгновений постоял на пороге, профессионально оглядывая комнату.
- Прекрасно. Мне нравится, - кивнул он, довольный, после чего сразу же попал в объятия Терри, и их губы слились в жадном поцелуе. Не теряя время на раздевание, они, не разнимая объятий, буквально сдирали друг с друга все, что попадало под руку.
Потом они лежали среди раскиданных вещей, смешивая дыхание и не желая помнить ни о ком и ни о чем, кроме друг друга.
- Ну, что дальше? - спросил Стив.
Терри хихикнула и просунула руки ему под рубашку.
- А мы еще не начинали. Считай это amusebouche .
- Значит, ты меня забавляешь?
Терри высвободилась из объятий Стива и поднялась под его пристальным взглядом.
- Давай устроимся поудобнее, - сказала она, стаскивая через голову платье и скидывая туфли.
- Отлично, - согласился Стив и тоже поднялся. Он положил телефон и пейджер на стол рядом с клавиатурой. Потом снял с себя одежду и повесил ее на спинку кресла. - Где ванная?
- Вон там.
- Никуда не уходи.
- Еще чего!
Едва за Стивом закрылась дверь, как Терри бросилась к столу. Она смотрела на телефон и пейджер, вспоминая, как накануне ему позвонили, причем даже не из-за его дела, и он надолго погрузился в свои неприятности. Нет, было даже хуже. Он впустил Фиону Кэмерон туда, где они должны были быть вдвоем. Терри понятия не имела об отношениях Стива и Фионы, однако нюхом чуяла, что тут была не только дружба. Стив сразу менялся, стоило произнести имя Фионы. На сей раз у Терри не было ни малейшего желания тащить Фиону в их постель. Действуя, как всегда, под влиянием мгновенного импульса, она протянула руку и в одну секунду отключила и телефон, и пейджер. Направляясь обратно к кровати, она оправдывала себя тем, что в пятницу вечером даже полицейский имеет право на отдых. Терри намеревалась продолжать отношения со Стивом, но он не должен быть трудоголиком. Если она хочет его перевоспитать, то начинать надо прямо сейчас.
Сара Дюваль стояла под слабеньким душем и размышляла о том, почему во всех полицейских участках, где ей пришлось служить, душ всегда оставлял желать лучшего. Последний час она провела в компьютерном зале, где офицеры из ее команды терпеливо вводили в компьютеры результаты опросов на Смитфилдском рынке. Поскольку допрос Редфорда результатов не дал, она решила поискать вокруг. Когда же закончила с этим и вышла в коридор, строчки дрожали у нее перед глазами, словно она в очках плавала в бассейне. Если выпить еще кофе, не исключено, что не выдержит сердце, поэтому Сара Дюваль направилась в женскую душевую, надеясь, что потоки холодной воды вернут ее организм в рабочее состояние.
Первые двадцать четыре часа самые главные в расследовании убийства. К несчастью для Дюваль, они миновали еще неделю назад. Ей остался холодный след. Насколько она могла судить, только свидетельские показания литературного агента заключали в себе кое-что для привязки Чарльза Редфорда к убийству. Единственно реальное, что было зафиксировано, так это увиденная кем-то серая «тойота» или «мицубиси» рядом с «ягуаром» Лестер в день ее исчезновения. Водитель, правда, не видел ни Джорджии, ни владельца другой машины. Однако у Чарльза Редфорда такой машины не было. Дюваль уже отдала приказ, чтобы проверили фирмы, где дают машины напрокат.
Выключив воду, Сара Дюваль вышла из кабинки, насухо вытерлась и влезла в синие джинсы и спортивную рубашку - на работе у нее не осталось больше ничего чистого. Не самый подходящий наряд для начальника, но все же лучше грязных тряпок, из которых она не вылезала тридцать шесть часов. Чистая материя освежила ее лучше душа. Сара Дюваль взглянула на себя в зеркало. Она была готова продолжать работу.
Когда она вновь пришла к компьютерщикам, то почувствовала всеобщее возбуждение, и не успела сделать двух шагов, как услыхала голос одного из сержантов.
- Тут кое-что есть из Дорсета! - крикнул он, расплываясь в победной улыбке.
Дюваль почувствовала, как ее усталое лицо тоже озаряется улыбкой.
- Ну, что там? - спросила она, придвигая стул и усаживаясь рядом с ним.
- Там, оказывается, в глубине сада есть маленький домик. Сначала они не знали, что он тоже принадлежит Лестер, поэтому не осматривали его. Но ее муж упомянул о нем, когда говорил с одним из тамошних полицейских, так что пару часов назад они отправились туда и обнаружили, что именно там, в этом маленьком доме, убийца расчленил ее. Вдоль одной из стен стоят несколько каменных скамеек, и повсюду кровь. И инструменты он оставил там. Ножи, пилу, молоток, долото - в общем, все.
Дюваль кивнула.
- Наверно, подумал, что так безопаснее, чем тащить их куда-то, да еще потом избавляться от них. Надеюсь, полицейские теперь там хорошо поработают.
- Собираются изучить каждый дюйм.
- Прекрасно. Держите меня в курсе.
Сержант отошел, получив конкретное задание и не обратив внимание на расстроенное лицо Сары Дюваль. В первый раз с тех пор, как Редфорд обеспечил себе место за решеткой, появилось нечто, не согласующееся с его словами. Придется проверять. Однако Дюваль отлично запомнила, как он сказал, что отвез Джорджию «в такое место, которое известно ему много лет и которое им никогда не найти». Это в точности сходится с тем, что написано в книге.
Но совсем не сходится с тем, что отыскала дорсетская полиция.
Сомнения завладели усталым мозгом Сары Дюваль, и они были также реальны, как подступающая к горлу тошнота. Что, если чутье подвело ее? Что, если Редфорд всего лишь искатель славы? Что, если убийца на свободе? Она покачала головой, не давая воли этим мыслям. Такого не может быть. Редфорд тот, кто им нужен, она чует это нутром.
А если она ошибается?
Сначала он ощутил боль. Голова чудовищно болела, а перед глазами плыли красные, белые, желтые круги. Кит хотел было подать голос, но у него ничего не вышло. Потом заболели плечи, запястья. Попытавшись изменить положение, он перекатился с бока на спину. Лежать с завязанными руками на спине оказалось еще неудобнее, и он напрягся всем телом, чтобы принять первоначальное положение. Что происходит? Кит открыл глаза, но это оказалось бессмысленно. Окружавшая его тьма была еще более непроницаемой, чем пока он лежал с закрытыми глазами.
Болел живот. Мучительные волны боли катились от головы к животу. Не сразу, но до него дошло, что его куда-то везут. Теперь он слышал негромкий гул мотора и уличный шум. И еще какие-то невнятные голоса, - Кит понял, что играет радио. Итак, его везут в машине, и водитель слушает радио.
И тут Кит вспомнил. Он вспомнил курьера и ящик с книгами. Движение, которое он отметил уголком глаза. И больше ничего.
С невероятной ясностью, так что даже боль куда-то ушла, Кит понял, что ему уготовано. Он поймался в им же придуманный кошмар. Он проживет последние дни жизни Сюзанны Тримейн, второй жертвы серийного убийцы из романа «Кровавый живописец». Убийца завладел ею, представившись курьером, потом перенес ее в машину и увез в свой летний дом.
Он помнил об этом двадцать четыре часа назад. Тогда он не открыл бы дверь курьеру, даже знакомому курьеру. Но это было до того, как арестовали Чарльза Редфорда, и до того, как Сара Дюваль сказала Фионе, что убийца за решеткой и волноваться больше не о чем.
Это было трагической ошибкой. Ужас проник в сердце Кита Мартина. Он точно знал, что ему предстоит. В конце концов, ведь это он придумал сценарий.
Прежде чем покинуть квартиру Дрю Шанда, Фиона взглянула на карту Эдинбурга и решила пройтись пешком до отеля. Пара миль по городским улицам наверняка прочистит ей мозги. Она шла по Новому городу с его домами в георгианском стиле, направляясь к Квинсберри-роуд и чувствуя влажный воздух на своей коже. На улицах не было ни души. Фиона свернула на Динбридж, любуясь видом, открывавшимся ей с высоты самых высоких деревьев. Сквозь туман виднелись лишь редкие и бледные пятна света, и Фиона подумала, что если бы Дрю или Кит описали ее прогулку со свойственным им талантом, у нее самой наверняка волосы встали бы дыбом от страха. Однако после суетливого дня, с аэропортами, перелетом, переездами, кабинетом на Сент-Леонард-стрит, прогулка показалась ей на удивление приятной, как бегство от забот, связанных с работой и любовью.
Подойдя к отелю, она едва заставила себя войти внутрь. Освеженная короткой передышкой, Фиона ощутила себя готовой к чему-то более приятному, нежели размышления об убийстве. А самое приятное, что могло оживить ее наступившим вечером, был разговор с Китом.
Фиона проверила, нет ли сообщений. Сообщений не было. Она рассчитывала, что он позвонит в Ответ на несколько посланных ею e-mail. Не важно, подумала она. Позвоню домой, и если он услышит мой голос на автоответчике, то снимет трубку. Войдя в номер, Фиона тотчас заказала ужин и стала ждать, тем временем еще раз проверив, нет ли e-mail. От Кита ни слова. Непохоже на него, подумала Фиона. Они с самого утра не перемолвились ни словом, и это было для них необычно. Взглянув на часы, Фиона увидела, что уже за девять. Вряд ли он работает. Он должен ответить на телефонный звонок.
Быстро набирая свой домашний номер дрожащими пальцами, Фиона сбилась и стала набирать его снова. Соединилось. Гудок, второй, третий, пятый. Потом включился автоответчик. В первый раз его голос не успокоил Фиону.
- Кит, это я. Если ты дома, сними трубку, пожалуйста… Пожалуйста, мне надо поговорить с тобой.
Все напрасно.
Фиона ела макароны, заказала и выпила вина, вновь проверила поступившие сообщения, не пропустила ли она чего.
Когда зазвонил телефон, она бросила вилку в тарелку и схватила трубку.
- Алло!
- Говорит старший инспектор Дюваль.
Разочарование Фионы нельзя было описать словами.
- Да. Здравствуйте. Я ждала другого звонка.
- Я хотела спросить, что вы выяснили, - резко проговорила Дюваль.
Фиона немногословно отчиталась в своей работе, и Дюваль ни разу не прервала ее, позволив себе лишь несколько многозначительных междометий, как человек, который записывает самое важное.
Когда Фиона умолкла, Дюваль неожиданно спросила:
- Значит, вы не нашли ничего, противоречащего тому, что Редфорд убийца?
«Странный способ задавать вопросы», - подумала Фиона.
- Ничего. А почему вы спрашиваете? У вас есть что-то новое?
И страх закрался ей в душу.
Дюваль помедлила, по-видимому раздумывая, стоит ли говорить.
- Небольшое несоответствие, - коротко произнесла она.
- Небольшое?
Дюваль рассказала Фионе об открытии дорсетских полицейских и о том, что это не совпадает с тем малым, что сообщил Редфорд.
- Все будет яснее, когда мы получим улики.
- Но ведь пройдет несколько дней. Если у вас сидит не тот человек, значит, люди подвергаются опасности. - По крайней мере один человек, подумала она и похолодела от страха. - Убийца чувствует себя преотлично. Он уверен в своей безнаказанности.
«А я не могу дозвониться Киту».
- Я понимаю. Мы все делаем, чтобы подтвердить показания Редфорда.
- Кит целый день не отвечает, - неожиданно выпалила Фиона.
- Один из моих людей должен был сегодня снять с него показания. Я спрошу у него. Может быть, он сказал, что планирует на вечер, - проговорила Дюваль с завидной уверенностью, которой на самом деле у нее не было. - Я позвоню.
- Буду ждать.
Фиона тихонько положила трубку, словно от этого зависела жизнь Кита, и поняла, что до смерти напугана. Она бросилась в ванную, и очень вовремя, потому что съеденные макароны с томатным соусом и выпитое вино взбунтовались внутри нее и еще долго бунтовали после того, как от них и следа не осталось в ее желудке. Ее била дрожь, на лбу выступил холодный пот, дышала она с трудом.
Вспомнив о звонке Сары Дюваль, она заставила себя встать и почистить зубы. Почему Дюваль не звонит? Фиона пригладила волосы и посмотрела на себя в зеркало. Глаза испуганные, лицо как будто осунулось.
- Выглядишь ты, Фиона, отвратительно, - сказала она своему отражению. - Берите-ка себя в руки, доктор Кэмерон.
Зазвонил телефон, и Фиона одним прыжком одолела расстояние до него.
- Фиона Кэмерон. Алло!
- Боюсь, возникло затруднение, - послышался неуверенный голос Дюваль.
«Господи боже мой, нет!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39