А-П

П-Я

 

Да, судя по изобретательности и уверенному почерку – именно в России".
– Будем брать? – послышался у самого уха шепот Ицхака.
– Не дергайся, – скривился Асаф.
Брать одного агента он не желал. Интуиция подсказывала: сообщники находятся где-то поблизости, и поспешные меры, исправно работавшие в случаях с Юсуфовой и Бакичем, теперь могут дать осечку. А провала с гостями из России боссы из "Моссада" не простят.
К тому же, пока события развивались по благоприятному сценарию, отнюдь не требующему сиюминутного вмешательства: такси, в которое уселась парочка, прямиком рвануло к пятизвездочному отелю "Le Meridian". В Хайфе имелось с десяток приличных отелей, и половина из них относилась к высшей категории. К сожалению, люди из "Моссада", "Урана" и прочие спецслужб успели побывать далеко не во всех: мешали то нехватка средств, то отголоски политических скандалов… Однако "Le Meridian" заметно выделялась в ряду ей подобных – одним из владельцев роскошного здания являлся отставной полковник ШАБАК. Он-то, не забыв о сложностях былой службы, и помог оборудовать прослушкой с видеокамерами почти сто процентов номеров своей нынешней вотчины…
– Где номер этой шлюхи? – Шимрон согнал с кресла служащего отеля и по-хозяйски устроился в кресле перед многочисленными мониторами.
Тот ткнул пальцем в левый верхний экран:
– Не бедная барышня – живет в Deluxe Suites. В номере установлены две камеры: одна в салоне, другая в спальне. К сожалению обе статичные, но изображение можно увеличивать этим колесиком.
Молодой человек продемонстрировал возможности оборудования и застыл рядом в ожидании дальнейших указаний. Справа от Асафа – на соседнем кресле, расположился переводчик с французского…
– Сгоняй-ка в бар за сигаретами, а то у меня кончились, – протянул купюру Шимрон.
– Слушаюсь.
Кабинет со звуконепроницаемыми стенами располагался в подвале пятизвездочной гостиницы – по соседству с какими-то складскими помещениями, холодильниками и подсобками. Однако в коридорах было светло и чисто; повсюду прохаживались молчаливые и крепкие ребята из службы внутренней безопасности. "Чувствуется почерк нашего человека, – отметил шеф "Урана", спустившись по крутым ступеням, и петляя по подвалу в сопровождении одного из помощников бывшего генерала, – нам бы побольше денег из секретного бюджета, коим распоряжается Кнессет, и каждый шаг приехавшего в Израиль человека был бы под контролем".
Парочка уже минут десять торчала в номере. Блондинка появилась в холле босая; развязной походкой прошлась к минибару, достала бутылку шампанского и, смеясь, повисла на шее молодого высокого француза. Тот взялся откупоривать бутылку, а девица поспешно расстегивала пуговки его бежевой рубашки и успевала при этом виртуозно разоблачаться сама…
Она была длинноногой и худосочной.
– Господи!… У него сиськи и то больше, – скривил губы удивленный Шимрон.
Оставшись в светло-серых брюках и парусиновых тапочках, парень производил весьма неплохое впечатление: рельефный торс, широкие плечи, накачанные мышцы рук. Светловолосая шлюшка представлялась рядом с ним не женщиной, а недозрелым подростком.
Асаф задумчиво качнул головой: "Да… вероятно, агент неплохо обучен работать не только мозгами".
Вернувшийся служащий отеля положил на стол заказанную пачку сигарет.
– Благодарю. Устраивайся где-нибудь неподалеку и выполняй свои обязанности. А я понаблюдаю за милой парочкой…
Камера скрытно размещалась в районе большой плазменной панели – как раз напротив удобного мягкого дивана, где и обосновалась "милая парочка". Не отрывая взгляда от экрана, шеф "Урана" сгреб со стола пачку, прикурил сигарету и приготовился к созерцанию эротического "кино"…
Собственно, эротика сейчас не интересовала – хотелось насладиться видом представителя вражеской разведки. Убедиться в осязаемости того, появления которого с нетерпением ждал. И вот он – живой и здоровый! Да еще решил поразвлечься в свободный от настоящей работы вечерок.
В развлекательном характере свидания Шимрон не сомневался. Только однажды, когда француз ловко стащил с девицы стринги и запустил пальцы в пучок черных волос, он повернулся к переводчику и спросил:
– Чего она там шепчет?
Молодой сотрудник отеля тотчас покрутил какой-то регулятор на панели. Доносившиеся из номера звуки усилились.
Прислушавшись, переводчик пояснил:
– Подбадривает. Просит не останавливаться и… говорит, что ей очень хорошо.
– Сучка, – прошептал Асаф и окончательно расслабился – белокурая стерва на сообщницу агента не тянула. Многих хитрецов и актеров он повидал за пятнадцать лет работы в разведке, однако, столь глупой и слащаво-похотливой физиономии еще не встречал.
О чем-то непринужденно болтая, они по очереди пили шампанское прямо из бутылки. Потом девица стянула с него брюки, отклячив прямо в камеру костлявый зад с синяком на левой ягодице, встала на колени; наклонилась. Запрокинув голову и прикрыв от удовольствия глаза, француз поглаживал ладонями ее спину…
Вскоре она поднялась и, грациозно виляя узкими бедрами, удалилась в ванную комнату. А парень, тем временем, напялил штаны, взял сигарету с зажигалкой и направился к лоджии…
– Четвертый пост – внимание! – тут же рявкнул в микрофон небольшого передатчика шеф "Урана". – Объект вышел на лоджию. Видите его?
– Видим! – прошипел в ответ крохотный динамик. – Объект в поле зрения. Стоит, курит…
Вскоре на экране монитора мелькнула обнаженная спина; женский голос позвал:
– Jean-Francois!
Жан Франсуа не заставил себя ждать: вернувшись в салон, обнял партнершу, поцеловал. Та снова громко смеялась; обливаясь пеной, пила из бутылки шампанское и стягивала с него брюки. Трое мужчин молча взирали, как он легко поднял ее на руки, уложил поперек дивана, широко раздвинул ножки…
Минут через десять француз устало упал на партнершу; отдышавшись, встал и потянулся к валявшимся на ковре штанам.
– Он опять отправился на лоджию, – уже спокойнее предупредил по рации подчиненных Шимрон.
– Да-да, наблюдаем, – подтвердили те, – прикурил сигарету, дым по ветерку пускает.
Так продолжалось полтора часа: приходя из ванной, блондинка хохотала; пила шампанское, коего в мини-баре был изрядный запас; что-то щебетала по-французски. И при этом потихоньку заводила Жана Франсуа – то целовала грудь с животом, то пускала в ход свои худые вездесущие ручки.
– Двужильная, что ли?… – не удержавшись, проворчал переводчик.
– Да… ненасытная мадам, – согласился Асаф, – но, по-моему, и он сдаваться не намерен.
– Похоже, слегка выдохся. На полчаса еще хватит – не больше.
Отработав теперь уже позади стоящей на четвереньках партнерши, молодой мачо шлепнул ее по ягодице и опять потянулся за брюками…
– Не знаю, не знаю. Он тоже не промах, – зевнул Шимрон и посмотрел на часы. Позднее время с накопившейся усталостью давали о себе знать, да и происходящее на экране утомляло однообразием.
Покачиваясь, шлюха продефилировала мимо объектива камеры; агент застегнул штаны на одну пуговицу, нащупал босыми ногами парусиновые туфли, взял сигарету с зажигалкой и с голым торсом поплелся к открытой лоджии…
Правая рука шефа "Урана" потянулась было к рации, да вильнула к пачке сигарет – глядя на француза, тоже захотелось покурить.
"Сегодня был тяжелый денек. Сообщение в Телль-Авив о "французе" отправлю завтра утром, – следя краем глаза за монитором, делал он глубокие затяжки и выпускал дым к потолку. – Думаю, начальство согласиться с тем, что торопиться не следует. Поиграем пару-тройку дней в кошки-мышки. Кто знает – вдруг объявится резидент? Или те, с кем парень работает в связке?…"
От размышлений оторвала блондинка.
– Jean-Francois, – позвала она, на ходу вытирая полотенцем грудь, – Jean-Francois!…
Однако на сей раз француз возвращаться не спешил.
Затаив дыхание, Шимрон смотрел на зиявшую в дверном проеме черноту. Туда же направилась и девка…
Появилась она через пару секунд – взбешенная и почти протрезвевшая. Поддев ножкой лежавшую возле дивана бежевую рубашку, запулила ее в угол салона; оглянувшись к лоджии, выкрикнула какое-то ругательство и пошла в спальню…
– Что она сказала? – заорал Асаф, хватая со стола рацию.
– Послала его. В жопу, – испуганно перевел толмач.
– Четвертый пост, "объект" видите? – прорычал Шимрон в микрофон.
Четвертый пост молчал.
Трясущимися от волнения пальцами он переключил передатчик:
– Ицхак! Слышишь меня, Ицхак?!
– Да, шеф, – отозвался тот заспанным голосом.
– Где твой четвертый пост, идиот?! Немедленно оцепи отель! Никого не выпускай из здания!!
Глава третья
Израиль; Хайфа
29-30 июня
– Что происходит, Ирочка? – шепотом спросил Артур, едва та появилась на пороге номера.
– Расскажу по дороге, – так же тихо отвечала она и уже громче добавила: – Ты готов, милый?
– Конечно. Давно оделся и жду тебя.
– Тогда пошли.
Подобная спешка обычно спокойной и тщательно за собой следившей Ирины настораживала. После каждой прогулки по городу, та всегда принимала душ, переодевалась и подолгу колдовала с косметикой у зеркала. А сейчас даже не прошла в гостиную…
Они спустились в лифте в просторный гостиничный холл, положив на стойку портье ключи, вышли на улицу. И, лишь отойдя от отеля на квартал и убедившись в отсутствии "хвоста", девушка произнесла первую фразу:
– Невестка мастера Якова, около года проработала в Институте океанографии. И ни кем-нибудь, а секретарем шефа некой организации именуемой "Уран".
– Что за "Уран"?
– Как раз та контора, ради которой мы и приехали. У Сони не было допуска к секретным документам, она не знает о задачах и деятельности организации, но в милой непринужденной беседе удалось кое-что выяснить.
До ресторанчика оставалось не более двухсот шагов, но там вряд ли удастся спокойно поговорить. Потому Арбатова поспешила произнести ключевую фразу, повергшую напарника в легкий шок.
– "Уран" – одно из секретных подразделений "Моссада" с собственным отделом контрразведки.
– Это тебе Соня сказала?
– Нет. К такому выводу я пришла после разговора с ней. А услышала я, поверь, много – она чрезвычайно говорлива.
– Но… с чего ты взяла про "Моссад"? Про собственную контрразведку?
– Звонки, факсы и секретная почта, за которую она расписывалась лично. Расписывалась, но не вскрывала. Все исходило из Тель-Авива – из штаб-квартиры "Моссада". А контрразведка… Посуди сам: весь штат не превышает шестидесяти человек и чуть не половина из них (!) разъезжают по городу, ведя слежку за подозрительными туристами. Что скажешь?
– Слушай, а эта Соня… Ты в ней достаточно уверена?
Ирина без тени сомнения кивнула:
– Она не может быть подставной. О Соне еще в первую встречу говорил дядя Яков; а на контакт с ним я пошла сама. Тут все чисто.
– Ресторан, – напомнил Дорохов, указав на залитые неоновым светом большие окна.
– Давай лучше погуляем, – предложила она, беря его под руку. – Надо хорошенько обдумать дальнейшие шаги, а там не получится. Я ведь не сказала еще об одном важном моменте.
Ведя девушку по пешеходному переходу, он проворчал:
– Чем еще порадуешь?
– Да так – мелочи. Разговорчивая невестка дяди Якова долго и красноречиво рассказывала о бывшем боссе – о руководителе "Урана".
– О как! И что же полезного ты из этого почерпнула?
– Она проболталась о его восемнадцатилетнем сыне. А это навело меня на одну мысль…

* * *
Ранним утром "супруги" собрали вещи и рассчитались за гостиничный номер. Внезапно родившийся поздним вечером план предполагал быстроту действий, но вместе с тем и повышенную осторожность.
Для начала они выдумали про запас вполне логичный довод: номера роскошного отеля "Prima Tiberias" были дороговаты, и средств на оставшийся отпуск могло не хватить. Затем решили поискать другое пристанище: проблем с номерами в гостиниц Хайфы не было – приезжай, оплачивай за пару суток вперед и устраивайся. Но требовалось надежное жилище в скромном окраинном районе, желательно на какой-нибудь кривой и грязной улочке, с нищетой и пьяными работягами по соседству. И с минимальной вероятностью повстречать агентов спецслужб.
Отыскав такое заведение в районе хайфского порта, Артур предусмотрительно пошел в одиночестве оплачивать номер. А уж после вдвоем с "супругой" отправился в Нижний город – к комплексу правительственных зданий. Неподалеку от него находилось Российское генеральное консульство…
– Мне необходимо сделать срочный звонок в министерство иностранных дел Российской Федерации, – тихо произнесла Ирина кодовую фразу. Резидент посольства в Телль-Авиве, равно как и сотрудник разведки консульства в Хайфе, были предупреждены о возможном визите Арбатовой.
– Пожалуйста, ваши паспорта, – понимающе кивнул дежурный, поднял трубку телефона внутренней связи и с кем-то коротко переговорил. Затем заученным жестом пригласил: – Проходите. Вас ждут в кабинете номер четыре.
Дорохов с Ириной прошествовали по светлому коридору, постучали в нужную дверь.
– Здравствуйте, – встал из стола и сделал несколько шагов навстречу мужчина лет пятидесяти. – Меня зовут Илья Антонович. Присаживайтесь.
"Супруги" устроились в креслах. Девушка окинула взором кабинет, спросила:
– Мы можем здесь говорить?
– Да. Здание проверяем регулярно. Итак, чем могу помочь?
– Илья Антонович, про "Уран" вы уже знаете?
– Знаю. Именно я отправлял первое донесение с предположением относительно этого подразделения "Моссада" в Институте океанографии.
– Нам нужен выход на руководство. Желательно на Асафа Шимрона.
– Но я не знаком с ним. Более того, вообще не знаю ни одного человека из этой структуры, – растерянно развел тот руками. И будто извиняясь, сказал: – А сведения… вернее, догадку об "Уране" удалось добыть благодаря простому стечению обстоятельств. Случайно, так сказать.
– Жаль, – вздохнула Арбатова. – Вот и у нас пока ничего не получается. Кроме того, что выяснили о сыне Асафа Шимрона.
Задумчиво почесав подбородок, мужчина спросил:
– А что именно узнали про сына?
– Восемнадцать лет; зовут Давидом. Учится в престижной школе "Лео Бек"…
– "Лео Бек"? – внезапно оживился Илья Антонович. – А выход на сына вас интересует?
"Супруги" переглянулись.
– Почему бы с помощью Давида не попытаться проникнуть в охраняемый особняк? – предположил Артур.
– Если других вариантов нет, то сгодится и этот, – кивнула Ирина. – А что вы предлагаете?
– Видите ли, каждый год двадцать девятого ноября жители Израиля отмечают годовщину принятия Резолюции ООН о создании независимого еврейского государства. А в этом году в связи с круглой датой – с шестидесятилетием данного события, решено провести официальную часть летом – в разгар туристического сезона.
– И что из этого следует? – словно в ожидании чуда смотрела на него Арбатова.
– Сегодня вечером в мэрии должно состояться торжественное собрание. Приглашены на этот раут и лучшие старшеклассники школы "Лео Бек".
– Мы сможем туда попасть?
– Да. С помощью нашего консула. Он приглашен. Посидите здесь несколько минут – я переговорю с ним, – направился Илья Антонович к двери.
Минут через пять он вернулся и с порога доложил:
– У него пригласительный на две персоны. Он согласен взять одного из вас.
Совещаться и спорить не стали. И так понятно: вряд ли молодой старшеклассник успел испортиться и утратить нормальную сексуальную ориентацию. А потому обольщать его и втираться в доверие должна женщина.
– На счет одежды, поведения и этикета мне все понятно, – обронила Ирина, – но имеются три вопроса.
– Всего три? – улыбнулся дипломат. – Слушаю.
– Если меня увидят в обществе российского консула, а потом я, мягко говоря, недозволенными способами завладею ценной информацией, то…
– Я понял ваш вопрос, – не дал договорить мужчина. – Для начала примите мой совет: не рассчитывайте на тайный вывоз нужного человека из Израиля – сейчас это не пройдет. Постарайтесь сработать аккуратно: добыть информацию на месте и незаметно исчезнуть из Хайфы.
– Постараемся.
– Вот и отлично. Ну, а если уж аккуратно не получится, то… повода для паники нет. Московское руководство вкратце ввело нас с консулом в курс дела. Так вот, с тех пор как были убиты агенты "Урана", тащившие за кордон пробы из нашей законсервированной шахты, между нашими спецслужбами и пошла открытая игра: кто окажется умнее и проворнее. И поверьте, даже если ваша операция закончится летально для кого-то из местных боссов разведки – скандала они не организуют. Поднимать шум – не в их интересах.
– Понятно, – удовлетворенно кивнула девушка. – Второй вопрос: куда и в котором часу я должна подойти?
– Начало торжественного вечера в семь часов. Консула зовут Сергей Аркадьевич. Он будет ждать вас правее центрального входа в мэрию.
– Ясно. И последнее: консул сумеет показать мне Давида?
– Я позабочусь об этом.

* * *
Ночная мгла еще не накрыла город.
Девушка вышла из такси и направлялась к центральному входу мэрии. Чуть правее в одиночестве стоял мужчина средних лет в черном костюме. Взгляд его неопределенно скользил по лицам многочисленных гостей раута, сбившихся перед зданием мэрии в небольшие группы; пальцы крутили незажженную сигарету…
– Здравствуйте, Сергей Аркадьевич, – остановилась она рядом. – Кажется, вы ждете меня.
– Да-да, – изумленно пробормотал он, оценив внешность молодой женщины.
– Что-нибудь не так? – спросила Ирина.
– Нет, что вы!… Все отлично! Боюсь, вы соблазните не только нужного человека, но и всю остальную мужскую половину приглашенных…
Она и впрямь была неотразима: аккуратная, недавно уложенная прическа; длинное переливающееся платье цвета само; туфельки-лодочки на высоких шпильках, подобранные в тон платью. Тонкая нитка жемчуга на шее и крохотная сумочка в руках.
Он взял ее под руку и медленно повел к входу. Арбатова едва сдерживала улыбочку, а около высоких и торжественных дверей тихо спросила:
– Благодарю за комплименты, но успеете ли вы рассказать о главном?
– Ах, да! Очень сомнительно, но если вдруг кто-то проявит любопытство – представитесь двоюродной сестрой моей жены – Скопцевой Анны Николаевны.
Никогда ей не доводилось бывать на подобных раутах. С четверть часа в конференц-зале происходила торжественная часть – с трибуны выступили трое: женщина – депутат Кнессета, мэр Хайфы и какой-то крупный политик из столицы. Говорили о прошлом и настоящем славного еврейского государства, о его замечательных гражданах, о планах на будущее. Потом заиграл оркестр, мэр эпатажно воздел руку, указывая куда-то в сторону, и гости дружно потянулись в соседний зал…
Все вокруг блистало в ослепительном свете; важные мужчины в дорогих костюмах прохаживались мимо длинных столов, установленных вдоль стен огромной залы; женщины в вечерних нарядах дарили друг другу заученные улыбки; духовой оркестр остался в конференц-зале, а здесь публику развлекал струнный квартет.
К Ирине и Сергею Аркадьевичу подошел официант, разносивший на серебряном подносе напитки. Молодая женщина выбрала шампанское и шепнула:
– Что скажете?
– Пока ничего хорошего, – отвечал спутник, подхватывая бокал с красным вином.
– Вы знаете в лицо нужного мне человека?
– Да. Мой сотрудник показал мне парочку фотографий. Не ошибусь.
Прошло минут пятнадцать. Сергей Аркадьевич пристально посматривал по сторонам, но не забывал приветливо улыбаться и кивать каким-то знакомым. При этом, не оборачиваясь, в полголоса пояснял:
– Женщина в фиолетовом платье – писательница Эстер Кай. Крайне невоздержанна в употреблении алкоголя, но умудряется издавать по одному роману в год. Говорят, неплохо пишет…
Или:
– Второй секретарь посольства Греции. Премилый человек. А справа от него депутат Кнессета Яаков Бишара с супругой. Стерва еще та.
– А вот ту миниатюрную особу я где-то видела, – сказала Ирина.
– Которую?
– Та, что вульгарно хохочет возле центрального окна. Вся в черном.
– Еще бы! Это гостья из Бельгии – актриса Мари Жилан. Снимается у лучших режиссеров Европы вместе с такими мэтрами как Жерар Депардье…
Арбатова подмечала обращенные к ней заинтересованные взгляды мужчин, и по мере того, как опустошались серебряные подносы со спиртным, Сергею Аркадьевичу все чаще приходилось представлять ее подходившим знаменитостям.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23