А-П

П-Я

 

то ли решил сгладить вину за прошлые ошибки. "BMW" с ревущим движком рванул вперед и начал обгонять десяток отделявших его от "Опеля" автомобилей. Сзади же появился еще один автомобиль с его людьми.
– Не отставай. Держись за Ицхаком, – скомандовал водителю Шимрон.
Все шло хорошо – такси с русской парой спокойно ехало в среднем ряду, дистанция между машинами стремительно сокращалась. Теперь требовалось лишь опередить его, прижать к бордюру и заставить остановиться. И желательно было сделать это побыстрее – до начала затяжного путепровода, пролетавшего над многочисленными железнодорожными путями. А через километр от путепровода потянется череда дорожных развязок, и если напарник русской бабы окажется решительным малым – выбросит из машины таксиста и усядется за руль сам, то дело серьезно осложнится…
И вдруг, будто по велению каких-то темных сил, возникла проблема. Возникла из ниоткуда. Во всяком случае, ничего подобного Асаф не ожидал.
Когда до вожделенного "немца" оставалось полтора десятка метров, несущуюся кавалькаду обогнал светлый "Форд". И через несколько секунд его водитель крутанул влево руль и долбанул передним крылом машину Ицхака, заставив выскочить в левый ряд и пропахать бортом по разделительному ограждению.
– Сволочь, – процедил шеф "Урана", узнав за рулем старенькой американской машины изрядно потрепавшего нервы "француза".
Агрессивные действия водителей двух автомобилей распугали попутный транспорт – большинство машин поспешило отстать или вовсе остановиться, освобождая место для завязавшейся борьбы. И только впереди по-прежнему тянулся плотный поток транспорта в сторону аэропорта и промышленного пригорода Хайфы.
Пару раз Шимрон поглаживал указательным пальцем спусковой крючок пистолета – страсть как хотелось высунуться в окно и всадить пару пуль в колеса проклятого "Форда", упорно не пускавшего "BMW" к бежевому авто. Но, скрепя зубами, приходилось сдерживать порыв. Если подстрелить машину "француза", то, по крайней мере, ему – Асафу, придется прервать погоню, дабы заняться поимкой агента. А что тогда станется с основной добычей? Надежды на разум и проворство Ицхака попросту не было.
И вот последний плавный зигзаг трассы, после которого до длинного путепровода останется не более трехсот метров…
– Куда они? Что там справа?! – закричал шеф, узрев неожиданный маневр первой машины.
– Очень узкие улицы, – покачал головой шофер, готовясь свернуть с трассы вправо. – Местами и двое не разъедутся.
Шимрон тихо выругался и высунул руку с пистолетом наружу. В этой ситуации неплохо было бы остановить первую машину – бежевый "Опель". Тогда он застопорит движение, и взять троих наглецов не составит большого труда…
– Веди ровнее! – рявкнул он и прицелился в правое заднее колесо.
Но выстрелить не получилось – во-первых, такси было далековато; а во-вторых, "BMW" будто нарочно моталось из стороны в сторону, загораживая массивной кормой цель.
А скоро и вовсе произошло ужасное. Задуманное беглецами дошло до Асафа слишком поздно – когда такси, поблескивая бежевым боком в лучах низко висевшего солнца, стало неумолимо отрываться от погони. Дистанция до "Опеля" увеличивалась, а "немцы" вынужденно плелись за неспешно ползущим по середине улочки "Фордом".
Да, человек сидевший за рулем светлого "американца", неплохо управлял машиной. В этом убедился каждый из тех, кто находился в двух преследовавших его автомобилях. Сначала он протащил их три квартала на черепашьей скорости, а после пары неудачных выстрелов кого-то из людей Ицхака, внезапно свернул влево, дважды выстрелил из бокового окна и помчался по извилистой улице с ужасающей скоростью. Одна из трех машин преследователей остановилась, из-под капота повалил дым…
Порой Шимрон полностью терял его из виду, и тогда в висках сызнова начинало стучать от мысли, что операция по захвату агентов российской разведки с треском провалилась. И попробуй потом обосновать боссам из "Моссада" объективность этой катастрофической цепочки: бездарная слежка за "французом" в "Le Meridian"; затем подарок судьбы – визит чрезмерно разговорчивой и столь же совестливой Сони. И снова удача уходит из-под самого носа "Урана"! Нет, такого позора Асафу не простят!…
Около четверти часа они кружили по плотной застройке северо-восточного склона горы Кармель. За окнами "Мерседеса" мелькали кварталы Французского и Центрального Кармеля, Мерказ-а-Кармель… Затем выскочили на пустынную трассу, спускавшуюся с возвышенности к западной окраине города.
Шимрону некогда было размышлять над решением русского агента – или он побоялся продолжать гонку в окончательно проснувшихся городских районах (пешеходов и машин в этот час и впрямь стало значительно больше) или попросту допустил ошибку. Но здесь-то – на относительно прямой и просторной трассе мощные движки немецких автомобилей позволили быстро лишить "Форд" набранного в тесных улочках преимущества.
– Стрелять только по колесам! – на всякий случай напомнил по рации шеф.
"BMW" шел впритирку с "Фордом". Послышались выстрелы: один, второй, третий…
Пробитые покрышки забарабанили по асфальту; машина "француза" вильнула кормой и стала резко терять скорость. Тяжелый "BMW" по инерции опередил ее на полкорпуса…
И вдруг "Форд" подвернул влево и, словно из последних сил, дернулся вперед, с жутким грохотом протаранив немецкий автомобиль.
Выскочив из салона, Асаф стремглав побежал к остановившейся светлой машине. В данную минуту ему было плевать на кувыркавшийся по склону серый автомобиль; на то, сколько после катастрофы выживет сотрудников "Урана"… И вообще на все. Лишь бы сидевший в "Форде" агент не успел покончить с собой.
Направив на всякий случай на окровавленного парня пистолет, он осторожно подергал ручку. Дверцу от удара заклинило.
– Помоги его вытащить, – положив на крышу авто свою огромную "Беретту", приказал Шимрон подбежавшему водителю.
Вдвоем они вытянули "француза" через разбитое лобовое стекло, уложили на обочине.
– Пульс есть, – довольно пробормотал шеф.
– О, и Ицхак тоже живой! – воскликнул шофер. – Ну, слава Богу! А где остальные?…
Прихрамывая и вытирая платком с лица кровь, на дорогу вышел начальник службы наружного наблюдения. Губы его дрожали, в глазах застыл ужас от пережитого за последние полчаса.
– Остальные там… Внизу… По-моему, мне одному повезло, – просипел тот и закашлялся.
– Повезло, говоришь?… – глаза Асафа сверкнули злобой. – Прости, приятель, но я так не считаю…
Он вынул из-за пояса второй пистолет – небольшой "ЗИГ-Зауэр", медленно поднял его и с метрового расстояния выстрелил ему в лоб.
– Господи… – глядя на упавшего навзничь Ицхака, попятился назад водитель.
Шеф тем временем вытер пистолет платком и аккуратно вложил его в правую руку "француза".
– Ты что-нибудь видел? – поднялся он с колен и пристально глянул на свидетеля.
Тот сглотнул вставший в горле ком.
– Нет… То есть да, видел. Как этот… – кивнул он на лежавшего без сознания парня, – выстрелил из машины в Ицхака. Выстрелил и убил наповал.
– Правильно мыслишь. Присмотри за ним, пока я вызываю наших людей…
Глава четвертая
Кипр; Ларнака
Израиль; Хайфа – Атлит
1-2 июля
План действий созревал медленно, на протяжении всего полета от берегов Израиля к острову. В одиночестве легче думалось, проще принималось решение. Куда тяжелее было озвучить его Ирине. Но и с этим он худо-бедно справился.
Расставшись с Ириной, Дорохов прямиком направился в автоматическую камеру хранения. Неделю назад в одной из ячеек они оставили темно-серый пластиковый чемодан, привезенный из России. Тогда в перевозке на территорию Израиля и в использовании его содержимого надобности не было. Сейчас подходящий момент наступил.
Майор вынул чемодан, покопался в вещах и сунул в карман новый комплект документов; старый, вместе с использованной кредитной карточкой бросил в ячейку. Опустив несколько монет, поменял код, захлопнул дверцу и подхватил чемодан.
Все. Пора к кассам…
Вернувшись в Хайфу поздней ночью, он снова выбрал непрезентабельную и дешевую гостиницу на северо-восточной окраине, фасад которой аккурат выходил на "красоты" портовых построек.
Это был по определению Сашки самый настоящий "клоповник". Приземистое, бесформенное здание из скучного серого камня; деревянные межэтажные перекрытия, отчего грохали шаги и доносились голоса верхних постояльцев; маленькие окна, забранные некрашеными решетками. И ветхое застиранное белье, жутко вонявшее плесенью. Однако все неудобства представлялись несущественной мелочью. Голова полнилась иным…
Ранним утром второго числа он направился все к тому же злосчастному Институту океанографии, где хитроумно сплела свое гнездышко организация под названием "Уран". Памятуя о своих и Сашкиных промахах, машину брать не стал – пешком выполнять первый этап задуманного было сподручнее.
Купив в ближайшем ларьке коробку сока и выпечку странной формы, Артур подкреплялся и неспешно прогуливался неподалеку от бойкого шоссе. При этом частенько бросал взгляды через железнодорожную насыпь – на ведущий к дороге аппендикс и длинную автостоянку. Рядом с высоким кустарником, что тянулся вдоль рядочка куцых пальм, стоял тот самый черный "Мерседес", что недавно назойливо висел на хвосте такси. Серый "BMW" на стоянке отсутствовал, но им майор интересовался в меньшей степени – на той машине разъезжали рядовые охранники или сотрудники службы наружного наблюдения. А они свое дело сделали, и теперь пойманным Сашкой должен был заниматься кто-то из руководства. Потому-то он страстно и ждал, когда же черный "немец" покинет свою гавань.
Более или менее ясным было одно: вряд ли в здании Института имеются камеры для содержания агентов иностранных разведок и специализированные комнаты для их допросов. Ведь по признанию говорливой невестки старого мастера, организация занимала в Институте всего несколько кабинетов. Значит, Сашку, если он, конечно, еще жив, держат в другом месте. В каком именно, Дорохов и собирался узнать, проследив за перемещениями "Мерседеса"…
Примерно через час, когда он стал подумывать о смене места для наблюдения, черный автомобиль, наконец-то, сдал назад, медленно покатил по аппендиксу и… повернул на юг.
– Давай-давай, любезный, поезжай – укажи мне дорожку, – шепча, бросился Артур ловить такси. Парочка минут в запасе имелась – прежде чем вырулить на скоростное шоссе, "Мерсу" предстояло плестись по прибрежной дороге, а потом кружить по сложной развязке.
Остановившемуся таксисту он не стал ничего говорить, а просто махнул рукой в южном направлении…
Во время инструктажа перед вылетом из Москвы Александр Сергеевич вкратце упомянул о небольшом приморском городке Атлит, находившемся в десяти километрах от Хайфы. Там, по словам генерала, квартировала база израильских коммандос – так называемая "Эскадра N13". Сутки назад, проезжая мимо, майор пытался по обрывочным описаниям опознать базу, но… не получилось. А сейчас его интересовал совсем другой объект – там же в Атлите находилась военная тюрьма – весьма удобное и подходящее местечко для содержания лиц, представляющих ценность для израильских спецслужб.
Черный "Мерседес" удачно вырулил на шоссе – метрах в двухстах перед такси. Водитель – молодой смуглый парень в кипе, уже дважды лепетал по-своему и вопросительно поглядывал на пассажира.
"Сейчас-сейчас, потерпи, дружище, – бурчал про себя Дорохов, не выпуская из виду "немца". – Вот минует он развилку, и я определюсь с направлением".
В километре о развязки имелся последний поворот с основной трассы на восток. По узкой, петляющей между гор и лощин дороге можно было попасть на вершину Кармель, а оттуда – вернуться в любой район Хайфы.
Однако "Мерс" поехал на юг.
– Атлит, – коротко сказал пассажир.
Таксист удовлетворенно кивнул, поправил на голове кипу и прибавил газу…
Оказавшись в крохотном городке, Артур сделал вид, будто зрительно вспоминает местонахождение определенной улочки или дома. Во всяком случае, шофер спокойно реагировал на жестикуляцию мужчины – послушно выворачивал руль и точно следовал бессловесным указаниям. А направление странным образом совпадало с маршрутом черного "Мерседеса"…
Наконец, "немец" нырнул в проем открывшихся ворот. По обе стороны от съехавшей в сторону плиты тянулся высокий каменный забор; по верху была пущена колючая проволока. Молодой человек в очередной раз ткнул пальцем вдоль прилегающей к тюрьме улочки. Такси отъехало от ворот метров триста, и только тогда майор протянул деньги и знаком попросил остановиться.
Прежде всего, он хотел оценить размеры сего заведения, а заодно осмотреть "крепостную стену" с прилегающим к ней ландшафтом. Исходя из размеров, можно было догадаться о численности содержащихся под стражей и, соответственно тех, кто их охранял. Ну, а забор… Забор являлся естественным атрибутом всех тюрем – от сего факта никуда не денешься. Смешно надеяться на наличие в нем бреши или дыр. Однако в непосредственной близости могли стоять какие-то сооружения, а это уже вариант. Потому-то и топал Дорохов прогулочным шагом по другой стороне улочки, внимательно приглядываясь к каждой мелочи…
Спустя полчаса он закончил детальный осмотр режимного заведения, вернулся на окраину городка – к темневшей на фоне светлых полей трассе и взмахом руки остановил ехавшую на север легковушку.
– Хайфа, – заглянул он в салон.
Сидевшая за рулем молодая девушка улыбнулась и кивнула, приглашая парня занять место рядом.
Дорогой она о чем-то болтала, верно, пытаясь завязать знакомство с ладно скроенным и симпатичным мужчиной. Но тот лишь кивал, непонятливо разводил руками, а когда она не надолго замолкала, о чем-то думал, глядя на бегущее навстречу шоссе…

* * *
За окнами номера угасал день; красный солнечный диск проплыл над огромными портовыми кранами и скрылся за горизонтом где-то левее – за уродливым зданием элеватора. Сумерки в здешних широтах были короткими, а значит, наступала пора действовать.
Автомобиль Артур взял в аренду сразу по возвращению в Хайфу. Пластиковый чемодан с выдвижной ручкой, уже лежал в багажнике; под сиденьем был спрятан фонарь с запасным комплектом батареек. Около десяти часов вечера майор вышел из гостиницы, устроился за рулем скромного "Фиата" и неторопливо поехал в южном направлении…
На выезде из города его остановил дорожный полицейский – грузный мужчина лет сорока. В нескольких метрах стоял полицейский автомобиль с напарником израильского стража.
– О, Украина? – раскрыв паспорт, расплылся он в улыбке.
– Она самая, – поддержал беседу турист. Про себя же чертыхнулся: "Нарвался, мля, на "землячка"! Господи, сколько же здесь выходцев из бывшего Союза! Сейчас начнет мозги парить: вспоминать или расспрашивать…"
Землячек же вовсе не спешил развивать тему незалежной – неспешно осмотрел салон, попросил документы на машину. Ознакомившись с ними, спросил почти на чистейшем русском:
– Куда направляетесь?
– В столицу. Не люблю трястись в общественном транспорте.
– Понятно. А шо же так поздно? Скоро уже ночь.
– А я и не собирался останавливаться в Хайфе. Просто в Телль-Авив билетов на ближайший рейс не оказалось.
– Уже бывали в наших краях? Шоссе знакомо?
– Гостил пару лет назад, но по этой трассе не ездил – тогда прямиком в Телль-Авив прилетел.
Тот обошел машину сзади; остановился.
– В багажник разрешите взглянуть?
– Пожалуйста…
Черный пластиковый чемодан, две литровые бутылки с минералкой, свечной ключ, насос…
– В чемодане ваши вещи?
– Разумеется. Хотите посмотреть? – потянулся Дорохов к чемодану и прежде, чем полицейский успел ответить, открыл его.
Завернутые в целлофан кроссовки и новая пара туфель, черные и легкие светлые джинсы, пара свежих футболок, ветровка, шорты, плавки, пузырек шампуня и прочие туалетные принадлежности, фотоаппарат. В боковом сетчатом кармашке две книги в мягкой обложке: одна на русском, другая на украинском… Самый заурядный набор вещей для поездок по теплым странам.
– Ну, как там на Украине? Все еще делят власть? – потеряв интерес к багажу, подобрел дорожный страж.
– Делят… – отмахнулся Дорохов и захлопнул баул, – вместо того, чтобы экономикой заниматься и страну из дерьма вытаскивать. Кстати, у нас сейчас не модно говорить "на Украине".
– Да?! И как же теперь нужно говорить?
– Только с предлогом "в" и никак иначе. Мы ж, блин, теперь – Европа, а не чья-нибудь… окраина!
– Вон оно что! – засмеялся тот, возвращая документы. – Ладно, поезжайте. Желаю приятного отдыха.
– Спасибо, – плюхнулся турист в водительское кресло.
Вот и Атлит. Пока кружил по городу, выезжая на прибрежное шоссе; пока мило болтал с полицейским, а потом плелся до городка – прошло более часа. Однако майор не торопился. Половина двенадцатого – слишком ранний срок для начала воплощения плана.
Местечко для стоянки выбрано еще днем. Тихая безлюдная улочка, прилегающая к периметру военной тюрьмы; противоположная высокому забору сторона дороги; плотный ряд невысоких деревьев у небольшого двухэтажного дома. И, наконец, пятый от перекрестка фонарный столб, засветло обозначенный Артуром основным ориентиром. Впрочем, фонари на улочке почти не горели – их отчасти заменяли лампы, освещающие высокую кирпичную стену. За нее-то и собирался проникнуть "гость из Украины".
Выкурив сигарету, он вышел из машины, достал из багажника чемодан и вместе с ним уселся на заднее сиденье. Темень в салоне не мешала действовать уверенно и четко: Дорохов выдвинул складную ручку, за которую тяжелый баул можно было везти на колесиках и, выключив неприметный стопор, выдернул ее из ниши. Затем отвернул от ручки одну полуметровую трубку сделанную из легкого металла; сняв с нее заглушку, вытряхнул в ладонь около десятка разноцветных пластиковых контейнеров, похожих на одноразовые иглы в футлярах. Открыв чемодан, посмотрел на светящийся циферблат…
Двенадцать. Еще четверть часа и можно приступать. А пока по улочке изредка проплывали тени запоздалых прохожих.
В оставшиеся минуты он сменил брюки на черные поношенные джинсы, переобулся в кроссовки, вместо футболки накинул удобную ветровку с множеством карманов; аккуратно сложил свою одежду и уложил ее на сиденье. Одежда для Оськи, если того удастся спасти, осталась лежать в чемодане. Телефон, цифровой фотоаппарат, фонарь, сигареты и пластиковые контейнеры – распихал по карманам.
Двенадцать двадцать. Пора!
Прихватив металлическую трубку, Артур покинул салон, осмотрелся… Никого.
Нырнув к водительскому месту, поставил рычаг переключения скоростей нейтралку. Тихо закрыл дверцу и переместился к заднему бамперу. Здесь у обочины еще днем он заметил канализационный люк; сейчас его крышка наполовину выступала за корму машины.
Нагнувшись, майор нащупал ее края, потянул вверх…
Тяжелая железяка нехотя поддалась, съехала вбок. Включив фонарь, он заглянул в колодец. Ничего, кроме торчащих в кирпичной кладке скоб и темного пятна в глубине…
– Ладно, других способов один хрен нет, – проворчал он, нащупывая ногой первую "ступеньку". – В тюряге обязаны быть водопровод с канализацией! А раз так, то подземные коммуникации где-то сообщаются с городскими.
Спустившись ниже, Дорохов ухватился за бампер и, чертыхаясь, потянул "Фиат" на себя – так, чтобы машина закрыла собой открытую горловину вертикального ствола. Затем нажал кнопку на брелке ключей зажигания – включил сигнализацию.
Все. Теперь можно лезть вниз – в неизвестность.

* * *
Металлическая трубка здорово мешала, но без нее в последствии не обойтись. Задержавшись где-то на середине колодца, он пристроил ее за ремнем на спине и продолжил спуск.
Глубина оказалась приличной – метров пять-шесть. Колодец заканчивался объемным круглым помещением с потолком-полусферой.
– Планетарий, – поморщился Артур от неприятного запаха и ощупал огромные вентили на водопроводных магистралях.
С востока на запад – вдоль улицы тянулся узкий тоннель; с одной его стороны чернели две трубы полуметрового диаметра, с другой оставалось немного места для перемещения тех, кто их обслуживал. О левую трубу он едва не обжог ладонь, правая была покрыта холодной влагой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23