А-П

П-Я

 Человек, родившийся под знаком Скорпиона 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Белов Александр Константинович (Селидор)

Бригада - 9. Жизнь после смерти


 

На этой странице выложена электронная книга Бригада - 9. Жизнь после смерти автора, которого зовут Белов Александр Константинович (Селидор). В электроннной библиотеке park5.ru можно скачать бесплатно книгу Бригада - 9. Жизнь после смерти или читать онлайн книгу Белов Александр Константинович (Селидор) - Бригада - 9. Жизнь после смерти без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Бригада - 9. Жизнь после смерти равен 1.31 MB

Белов Александр Константинович (Селидор) - Бригада - 9. Жизнь после смерти => скачать бесплатно электронную книгу



Александр БЕЛОВ
OCR: Кравенков Владислав Владимирович

Анонс
1998-1999 годы
Учинив, несмотря на все призывы к благоразумию, расправу на Кавериным и его людьми, Белов тем самым совершил харакири. Он сознательно отказался от всего, чего достиг в жизни: от денег, власти и даже собственной семьи. Он почувствовал, ощутил нутром, что впереди - только тупик. Ради чего погибли Космос, Фил и Пчёла? Им бы жить и жить! Выстрел киллера в аэропорту, оборвавший его существование в прежнем качестве, оказался для Саши неожиданны подарком. Он умирал, но не умер. Бог дал ему шанс начать жизнь сначала! Зачем? Белов должен найти ответ на этот вопрос…
Как и на другой: кто организовал на него покушение ?

ПРОЛОГ
Он помнил все, причем очень четко. Вот он стоит на автомобильной эстакаде и смотрит, как пузатый ИЛ-86 с натужным ревом отрывается от земли и уносит в далекую и беспечную страну за океаном двух самых дорогих и близких ему лю­дей - жену и сына, Последних близких ему лю­дей в этом мире…
Вот он поворачивается к дороге, и чудовищ­ной силы удар в грудь отбрасывает его к огражде­нию эстакады… Он изо всех сил пытается удер­жаться на ногах, цепляется за холодный гранит парапета слабеющими пальцами и падает на спи­ну ... Больно ... Господи, как не хочется умирать ...
Наверное, они уходили из жизни так же: Кос­мос, Пчела, Фил ... Те, кого он любил, и кто со­ставлял часть его самого. Но и те, кого он ненави­дел, должно быть, так же пытались удержать по­следние уходящие мгновения. Каверин, Макс, Артур … Смерть примирила всех, а теперь, видно, настал и его черед ...
Последнее, что он запомнил из прошлой жиз­ни, были две парящие в высоком небе птицы ­черный, как сажа ворон и снежно-белый голубь. И было понимание того, что они появились не случайно ...
Не за ним ли они прилетели, за его бессмерт­ной душой? Потом был провал. Тьма не6ытия, и ничего похожего на коридор или тоннель со све­том в дальнем конце ...
Когда он снова через силу открыл глаза, то первое, что увидел, была кружившаяся над ним стая ворон. Он лежал на спине и не мог пошеве­литься… Мог только смотреть в небо - высокое, бескрайнее, вечное ... Одна из птиц оторвалась от стаи, заложила крутой вираж, спланировала и уселась ему на грудь. Мудрым глазом-бусинкой уставилась в лицо человека ...
Значит, все-таки не голубь и не черный ворон прилетели по его душу, а ворона - серая птица с длинным, мощным, чуть искривленным на конце клювом. С помощью такого клюва она добывает пропитание ... Падаль и все такое ... Кажется, пер­вым делом вороны выклевывают покойнику гла­за... Но ведь он еще не покойник? Он не падаль!
Или он уже умер? И сейчас, как в кино, видит себя как бы со стороны? Но тогда почему так сильно болит у него грудь, будто легкие сжигает невидимый огонь?
Неожиданно ворона с раздражением каркнула и взлетела. Через секунду она исчезла из виду, как и стая ее сородичей. И тут он вдруг увидел белых птиц. Прекрасных белых чаек. Они кру­жились в бездонном синем небе с пронзительны­ми криками, так не похожими на воронье карка­нье. Он всегда любил чаек, и вот теперь они при­летели за ним.
Где-то в глубинах памяти возникла картинка: большой речной порт, ржавые суда на берегу, ог­ромные, похожие на журавлей, краны. В порту царил особый запах - бензина, солярки, свежей и не очень свежей рыбы. Неожиданно к нему вер­нулась обоняние. А ведь здесь действительно пахло бензином и рыбой. Пожалуй, даже не пах­ло, а воняло! Бензином и тухлой рыбой. Где он? Не поворачивая головы… На это просто не было сил, - он скосил глаза и увидел край черного пластикового мешка ...
ЧАСТЬ 1
НА ДНЕ
I
Свалка была нелегальной. Но это никак не сказывалось на ее размерах. Она была широка и безбрежна, как море. Ближний край ее ды­мился. Делая воздух малопригодным для дыха­ния. Но Федя привык. Он жил на свалке уже не первый год. Правда, «такого» тут он еще ни­когда не видел. Присев на корточки между ку­чами мусора, он с интересом разглядывал по­сланцев земной цивилизации ...
По разбитой мусоровозами грязной колее медленно полз «Мерседес». Черный. Блестя­щий, нездешний ... Воплощение жизненного ус­пеха. Водитель не спешил, видимо, не хотел на­пороться на гвоздь или кое-что похуже.
У края свалки. Затянутого дымом пожара. Машина остановилась. Из нее вылезли трое мужчин. Они были подстать своему автомоби­лю - массивные, солидные, в черных костю­мах. Один из них, рыжий, что плохо вязалось с цветом его костюма. Был за старшего. Обрывки его фраз едва долетали до Феди.
Повинуясь его командам. Двое других - блон­дин и брюнет - открыли багажник и достали от­туда большой черный пластиковый мешок. При виде мешка Федя затаил дыхание. Блондин с брюнетом, увязая по щиколотку в грязи, понес­ли мешок в сторону надвигающегося огня.
Далеко они не ушли, остановились возле го­ры отходов с рыбного комбината. Здесь они бросили мешок; и принялись усиленно жести­кулировать. Федя догадался, что рыжий застав­лял их тащить мешок дальше, а они ему доказы­вали, что и так, мол, сойдет. Все равно сгорит.
Потом рыжий плюнул и что-то приказал. Блондин вернулся к машине, взял из багажни­ка большую двадцатилитровую канистру и вернулся к оставленному мешку. Он принялся щедро поливать мешок и все вокруг него из ка­нистры. Опустошив емкость, он бросил ее тут же и бегом направился к «Мерседесу».
Тем временем брюнет так же подошел к машине и достал откуда-то из-под заднего си­денья автомат. Он направился было к мешку, но тут рыжий замахал руками. Из-за поворо­та показал ась целая колонна грузовиков со строительным мусором. Все трое амбалов прыгнули в свою машину, и она медленно двинулась по ухабам и колдобинам к дальне­му выезду со свалки.
Федя, лавируя между горами мусора, бро­сился в противоположном направлении.· он торопился к друзьям поделиться новостью. Степаныча и Витька он нашел за привычным делом. Оба сидели на прогретых весенним солнцем бетонных блоках, пили водку из пластмассовых стаканчиков и закусывали ма­ринованными огурчиками из банки. Рядом ле­жала полотняная сумка с продуктами. Между ними, как поставленный на попа снаряд, стоя­ла початая бутылка «3авалинки».
Завидев Федю, Витек ощерился:
- Ну вот, Степаныч, а ты говорил много будет .
- Ты что такой взъерошенный? - проигно­рировав замечание коллеги, обратился Степа­ныч к Феде.
Тот еле отдышался. Его ослабленный алко­голем организм совершенно отвык от нагрузок.
- Там это, как его ... сейчас на дальний конец мужики на «мерине» приезжали ... - сообщил он, с трудом выпихивая слова изо рта.
- А ты откуда знаешь, что на мерине? Щу­пал, что ли? - заржал Витек.
- Да не на лошади, а на «мерседесе»! Мужи­ки солидные, в костюмах.
- К тебе, что ли? Не иначе как от президен­та за советом, - не унимался Витек.
Но Федя не обратил внимания на его шпиль­ки. Он поскреб трехдневную щетину на скуле и уставился на бутылку водки. «С бодуна мужик мается ...» - понял Степаныч. Он неторопливо достал из сумки еще один пластмассовый ста­канчик, налил почти до краев и протянул Феде.
- Выпей, расслабься.
Тот вытянул весь стакан, не поморщившись, и замер с закрытыми глазами. Словно заснул.
- Ты чего? - испугался Белов.
- Ща, подожди, - Федя как будто прислушивался к чему-то 'внутри себя.
Собутыльники смотрели на него с понимани­ем. А Федя стал меняться буквально на глазах.
Его серое испитое лицо вдруг посветлело, мор­щины разгладились, кожа на лице порозовела ... Впечатление было такое, что он сбросил одну маску - бомжа-клошара, и надел другую. То ли Чехова, то ли Леонида Андреева.
- Так о чем мы? - Исцеленный открыл гла­за. - Степаныч, ты помнишь, в прошлом году Пельмень возле старой бойлерной тоже мешок. Подобрал? А там деньги оказались. Толи их в бан­ке на уничтожение списали, толи украли где. Они еще тогда чуть подгорелые с одного боку были.
- Ну и где твой Пельмень? - напомнил Ви­тек. - Приехали вот такие же, в костюмах, и увезли. А потом его голову на свалке нашли. Пару месяцев он на эти бабки только и прожил.
Но Федю было трудно переспорить.
- Зато как жил? Сам благоденствовал и нуждающимся помогал, как мать Тереза. Так и пакет-то у него был небольшой совсем. А тут. Настоящий мешок. Вот такой! С тебя размером. Ну что, Степаныч, голубчик, вперед? А то ведь сгорит добро!
. Степаныч скривился, как от зубной боли.
- Нет, на дальний конец не поеду. Я там в прошлый раз картер чуть не пробил. И подвес­ку угроблю. У меня же не самосвал.
- И не «мерседес», - ухмыльнулся Витек.
Но Федя не сдавался.
- Слышь, Степаныч, а там канистра новая лежит, на двадцать литров. Они бензин-то вы­лили, а канистру там же и бросили.
Степаныч задумался. В мешок с миллио­ном долларов он, конечно, не поверил, но вот новая канистра - другое дело. Это - конкре­тика!
- Съездить разве, поглядеть? - спросил он не то Витька, не то самого себя.
А Федя все не унимался.
- Говорю же - деньги там. На уничтожение привезли, сжечь. Может. Это вообще баксы?
Витек. Белобрысый голубоглазый парень лет двадцати пяти, сплюнул в щель между зу­бами.
- Нам и рубли сойдут! Ладно. Интеллигент малахольный, считай - уболтал. Степаныч, за­води свою ласточку! Поехали, глянем, пока все не сгорело!
Степаныч. Солидный мужчина пожилого возраста, с недовольным ворчанием направил­ся к дощатому, сбитому из горбыля сараю. Во­зился он там минут пять ... За это время Витек и Федя успели допить водку. Степанычу остав­лять не стали, поскольку он за рулем.
Наконец в сарае зафырчал двигатель, и из распахнутых ворот показалась небесно-голубо­го цвета легендарная «копейка». Несмотря на преклонный возраст, машина сверкала чисто­той и выглядела ухоженной. За рулем восседал гордый Степаныч. Счастливое выражение как ветром сдуло с его лица, когда Витек, а за ним и Федя, полезли в машину, марая сиденья свои­ми грязными засаленными обносками.
- Трогай, шеф! - сказал Витек с вальяж­ным видом, как барин кучеру.
И машина медленно покатилась по грунтов­ке в сторону свалки. Когда они прибыли на место, огонь уже совсем ·приблизился к мешку. Еще немного - и могла бы вспыхнуть пропи­танная бензином земля, а вслед за ней и сам ме­шок с его содержимым.
Витек заметно прихрамывал на правую но­гу. Утопая в грязи по щиколотку, он, а за ним и Федя приблизились к мешку. Он был боль­шой и черный. В таких и в самом деле возят деньги. И трупы. Витек с Федей осторожно ух­ватили мешок за концы и отволокли его по­дальше от огня. Степаныч тем временем за­нялся канистрой.
Едва взявшись за мешок, Федя сразу же по­нял, что там, внутри, не деньги, а что-то совсем другое. Край мешка задрался, и обитатели свалки увидели лицо человека. Смертельно бледное лицо!
- Мужик! Мертвый! - охнул Федя.
- Вот тебе и бабки! - Витек снова ухмылялся, хотя И ему было не до смеха. - Пошли-ка отсюда, пока нам хомут не подвесили!
- За что? - не понял Федя. - Мы же ниче­го такого ...
Витек просто в ярость пришел от такой бес­толковости.
- А ничего такого от тебя и не требуется.
Зуб даю - это они нарочно свою ментовскую прокладку устроили! Подкинули трупешник, а сами сидят сейчас вон в тех кустиках и ждут, чтобы нас взять.
Федя решительно покачал головой.
- А чего же тогда не берут? Ждут Нового го­да? Нет, это и не менты были.
К ним подошел Степаныч, озабоченно поти­рая подбородок. Он долго и внимательно раз­глядывал лицо человека в мешке.
- Не нравится мне этот парень, ох, не нра­вится! Хорошего человека на свалку просто так не выбросят.
Витек осклабился.
- Так себя же, поди, плохим. Не считаешь?
А ты ведь тоже тут, на свалке оказался.
- у меня на то причины были, - хмуро воз­разил Степаныч.
- Так и у него они наверняка имеются, ­гнул свое Витек и поправился. - То есть име­лись. При жизни.
Федя присел над мешком и потянул носом воздух .. Он предполагал унюхать трупный за­пах, но в ноздри бил только бензин.
- Хама хомини люпус эст! - произнес Федя торжественно, подняв указательный палец.
- Чего? - раздраженно обернулся к нему Витек.
- Латынь это: человек человеку волк.
- Товарищ и брат, - еще более раздраженно закончил Витек - Чем пургу гнать, давай луч- . Ше думать, что с этим трупаком делать будем?
- А может, он еще живой? Может, его водой полить? - предложил Федя.
Витек хлопнул себя по бедру.
- Ну, ты даешь? А водкой полить его не хо­чешь? Водка у Степаныча в багажнике имеет­ся, а вот где ты воду возьмешь? На речку сбега­ешь? Ну давай, дуй!
Степаныч глубокомысленно потер лысину. - На него поссать надо. Моча - это элексир жизни. Я в одной научной книге читал ...
- Не делайте этого, мужики, - еле слышно прохрипел человек в мешке. - Я еще не по­мер ... Потом сколько угодно ...
- Живой, гадом буду! Шутит! - обрадовал­ся Витек. - Потащили его .в тачку. К доктору отвезем.
И он принялся - с минимальным успехом ­вытаскивать незнакомца из мешка. Федя помо­гал ему, но при этом рассматривал свою наход­ку со скептической улыбкой.
- А мне кажется, я его морду где-то видел, ­сказал он наконец. - Не то в кино, не то на сце­не. Он на артиста похож.
Витек отвесил ему легкий подзатыльник.
- Чего ты гонишь? Много ты в театр ходил?
Сам ты артист-говночист.
Федя начал было вспоминать, что в свое время он из партеров-бельэтажей не вылезал, и что с ним видные критики советовались, как с театральным человеком, но Витек уже схватил пациента за плечи и кивком велел Феде сдер­нуть с "его черный мешок.·И только теперь они заметили, что тот ранен.
- Ух ты, блин, кровищи-то натекло! - заме­тил Витек. - Не зря, видно, эти из «мерседеса». Следы прятали.
Он подхватил мешок и бросил в тлеющий мусор. Пламя охватило его, раздалось шипе­ние - это испарялась несвернувшаяся кровь ...
- Черепушку бы туда еще подбросить, - мечтательно проговорил Федя. - Как улику. А куда голову Пельменя дели?
- Я бы твою голову подбросил, если бы она у тебя была, - огрызнулся Витек. - Садись, поехали.
Они занесли раненого на заднее сиденье, Федя сел с ним рядом, а Витек занял место впереди, рядом со Степанычем. Машина ука­тила.
На земле, не замеченные друзьями, остались лежать связки предвыборных плакатов, выбро­шенные на свалку за ненадобностью. На одних улыбающийся Александр Белов предлагал из­бирателям отдать голос именно за него. На других, с надписью «Криминал рвется к влас­ти», он же целился в электорат из пистолета... Чуть поодаль валялись плакаты его соперника, кандидата в депутаты Владимира Каверина...
II
В советские времена Степаныч - персональ­ный пенсионер Арсений Степанович Власов - руководил небольшим заводиком по производ­ству пластмассовых игрушек. В отличие от ос­тальных обитателей свалки, у Степаныча оста­лась московская прописка. На пенсию его выгна­ли в разгар перестройки, чтобы освободить место для прогрессивного заместителя. К слову сказать, заместитель свой завод быстро обанкро­тил и положил в карман кругленькую сумму.
Не утративший энергии Степаныч тем вре­менем пустился в экономические авантюры. В результате очередного неудачного капитало­вложения он потерял квартиру, но умудрился сохранить комнату в коммуналке и раритетную вазовскую «копейку» итальянской сборки. В поселке он был кем-то вроде неофициального старосты. Федя в шутку называл его иногда Бурмистром Власовым, но кличка не прижи­лась. Благодаря машине он мог возить на про­дажу в город просроченную колбасу и другие продукты, которые производители и продавцы вынуждены были вывозить на свалку. У Степаныча были постоянные оптовые покупатели.
Своим товарищам «травиться бракованной дрянью» Степаныч не разрешал и привозил им продукты, купленные на рынках и в магазинах. Правда, очень часто привезенные им продукты ничем не отличались от тех, что он перед этим вывез со свалки. Будучи человеком с пропис­кой и деньгами, он мог и милицию вызвать. Местный участковый не то чтобы был у него на содержании, но некоторую ежемесячную до­бавку к мизерному жалованию получал.
Степаныч был строг, но справедлив, и под­держивал в поселке видимость порядка. С ним считались. Пьяным за руль он никогда не са­дился. За это его так же уважали все, кроме Витька. Тот не признавал никаких авторите­тов, обзывал Степаныча номенклатурщиком и бюрократом. Бывший директор терпел, потому что Витек напоминал ему погибшего в Афгани­стане сына...
«Копейка» проехала с километр и останови­лась у грубо сколоченных сараев и бытовок возле заброшенной стройки. С лучших времен неплохо сохранились фундаменты и несколько метров кладки над ними. Захватившие бытов­ки бомжи и нелегалы с юмором окрестили свой поселок Карфагеном.
Пока Степаныч ставил машину в гараж, Фе­дя с Витьком затащили раненого в самый боль­шой из домов поселка. Здесь жил и практико­вал местный эскулап - Доктор Ватсон. Сейчас его не было на месте. Друзья положили ношу на топчан и в растерянности переглянулись....
- Побудь с ним, я доктора поищу! - крик­нул Федя Витьку, выбегая на улицу.
Витек осмотрел комнату. В ней размещался импровизированный медпункт. Он не часто бывал здесь. Большую часть помещения зани­мал солидный стол, знававший и лучшие вре­мена. Когда-то вокруг него, должно быть, соби­ралось большое семейство. Теперь же он стоял, как оскверненный памятник былого благопо­лучия, залитый портвейном, изрезанный ножа­ми, покрытый неприличными надписями. В уг­лу, рядом металлическим шкафом, белела газо­вая плита, подключенная к большому красному баллону.
Витек тщательно исследовал все потайные места, где Доктор мог прятать спирт. Ибо ка­кой же доктор без спирта, это понятия неразде­лимые, как сиамские близнецы...
В стеклянном медицинском шкафчике он обнаружил пачку безопасных лезвий для бри-
тья. Ими Доктор Ватсон вскрывал нарывы и делал прочие несложные хирургические опера­ции. Здесь же лежали длинные узкие плоско­губцы, которыми Доктор, за неимением лучше­го, удалял в случае необходимости больные зу­бы. Верхние полки шкафа были завалены просроченными таблетками, нижние - ис­пользованными шприцами.
Наконец Витек пришел к неутешительному выводу. Спирт и другие виды кайфа могли на­ходиться только в тяжелом, толстостенном не­сгораемом шкафу. Его приволокли со свалки специально для Доктора. Витек подергал ручку импровизированного сейфа, но она не подда­лась. Тогда он попробовал качнуть массивный шкаф плечом. С тем же результатом, то есть, с нулевым. «Без фомки или лома не обойтись», - подумал Витек, но перейти ко второй фазе ис­следований не успел: на улице послышались то­ропливые шаги и голоса Феди и Доктора.
Он отскочил от сейфа и метнулся к противо­положной стене, обклеенной вместо обоев пла­катами вперемежку с вырезками из журналов. И в центре этого коллажа Витек с удивлением узрел лицо их раненого. Того самого, что сей­час лежал на топчане без сознания...
Федя чуть ли не силой загнал Доктора в его апартаменты. Тот шел явно неохотно.
- Ну и что? Ну, подстреленный. А что я с ним буду делать? - вяло отбивался он от Феди. - Какого хрена вы вообще его сюда притащили?
Это пренебрежение к человеческой жизни страшно возмутило Витька.
- А что, значит, пусть доходит? - крикнул он, - Давай, Док, напрягись... Ты Гиппократ или кто?.. Человека спасать надо!
Доктор, похожий на Розенбаума усатый дылда с голым, как Голгофа, черепом, бро­сил на раненого быстрый взгляд. Заслонив собой сейф, он достал из кармана ключи и открыл его. На свет божий были извлечены лоток для кипячения инструмента, какие-то скальпели, шприцы и хитрые зажимы. Лоток Доктор наполнил минералкой из пластико­вой бутыли и тут же поставил его на газо­вую горелку.
- Ну хорошо, - сказал он раздраженно. - Я посмотрю, что тут можно сделать. А сейчас марш отсюда оба.
И он бесцеремонно вытолкал обоих спасате­лей из «операционной».
Они присели на крыльце, закурили. Через некоторое время к ним подошел Степаныч.
- Ну, как там наш больной? - спросил он. - Не загнулся еще?
Витек начертил в воздухе беломориной не­понятную загогулину:
- А, этот Ватсон, кишка клистирная, мудрит чего-то.
Витек знаками пригласил друзей нагнуться к нему поближе.

Белов Александр Константинович (Селидор) - Бригада - 9. Жизнь после смерти => читать онлайн книгу далее

 Шамкуть Ольга Владимировна