А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Влодавец Леонид Игоревич

Таран - 2. Ломовой кайф


 

На этой странице выложена электронная книга Таран - 2. Ломовой кайф автора, которого зовут Влодавец Леонид Игоревич. В электроннной библиотеке park5.ru можно скачать бесплатно книгу Таран - 2. Ломовой кайф или читать онлайн книгу Влодавец Леонид Игоревич - Таран - 2. Ломовой кайф без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Таран - 2. Ломовой кайф равен 408.52 KB

Влодавец Леонид Игоревич - Таран - 2. Ломовой кайф => скачать бесплатно электронную книгу



Таран – 2


Аннотация
Судьба играет человеком, а человек сжимает автомат. Примерно так можно сказать про бойца спецподразделения «Мамонт» Юрия Тарана. Еще несколько дней назад он плутал в пещерах где-то в горах Чечни, рискуя в любую секунду получить пулю в лоб, а теперь ловиткайф в шикарном частном владении на одном из Карибских островов. Да не один, а в обществе двух веселых и очаровательных дамочек. Только и этот кайф заканчивается стрельбой. На этот раз в затопленных штольнях острова. Но пуля в лоб, что на суше, что под водой, одинаково неприятная штука. Поэтому если хочешь жить — нападай первым. Что Таран и делает.
Леонид Влодавец
Ломовой кайф
Часть I. ПУТЕШЕСТВИЕ В ПРЕИСПОДНЮЮ
НА ТРЕТЬЕЙ СТОРОНЕ
— Третий — пошел! — Юрка Таран ощутил крепкий толчок в спину и вывалился из бокового люка «Ан-2». Пять секунд, кольцо! Чпок! Вытяжная «медуза» вынесла основной купол. Хлоп! Основной раскрылся. До земли сотня — запаски не брали. Полдела, чтоб остаться живым, уже сделано. Теперь самое главное, как говорил Генрих Птицын, «не найти подходящий сук и не сесть на него задницей». Ну и, конечно, чтобы там, внизу, куда Юрка глядел через инфракрасные очки, не оказалось никого, кто попробовал бы достать парашютистов очередью. По идее там никого и не должно быть, но никто не может дать полной гарантии.
Спереди и внизу в зеленоватом мареве, которое создавали инфракрасные очки, Таран видел два белесых пузырька, медленно плывших над мохнатым склоном поросшей лесом горы, — там, под этими «пузырьками»-куполами, стремились к земле «мамонты»: Топорик и Милка. А вверху и сзади послышался еще один далекий хлопок — это раскрылся «тандем», на котором капитан Ляпунов доставлял к земле человека бывалого, но ни разу с парашютом не прыгавшего. Кроме того, человек этот не был «мамонтом» и понятия не имел о том, что это за организация. Это, конечно, вносило дополнительную сложность во внутригрупповые отношения. Но покамест надо было думать не о сложностях психологической совместимости, а о том, как нормально приземлиться на маленькую проплешину посреди лесистого склона и удержаться на тридцатиградусном откосе, чтобы не сдуло вниз, в каменистую речушку, с обрыва высотой в полсотни метров.
Для этого надо было пройти совсем низко над краем поляны, как инструктировал Ляпунов, «касаясь пятками верхних листиков», а затем потянуть правую клеванту и приземлиться с отворотом вправо. Причем уже в полуметре от земли отстегнуться от системы.
Юрка, как и вся прочая публика, в ходе подготовки к выполнению задачи успел отработать этот маневр четыре раза. Правда, там, где они проделывали эти кунштюки, не было ни обрыва, ни реки, просто обозначили границу обрыва натянутой веревкой с флажками. Да и поляна была ровнее, там и пятнадцати градусов уклона не набиралось. Ляпунов, конечно, ворчал, что это отмаз, а не подготовка и надо еще пару недель работать, чтобы быть хоть на полета процентов уверенным, что публика сядет, как надо, при любых наворотах обстановки. Но двух недель Птицын не дал — на подготовку можно было отвести двое суток, не более.
Топорик, планировавший головным, действительно прошел, что называется, впритирку над самыми верхушками. Подтянул правую клеванту, накренил парашют именно так, как надо, тютелька в тютельку, не больше и не меньше, расстегнул систему, выскользнул из ремней парашюта и мягко улегся боком на высокую траву. Следом накатила Милка. Вообще-то многие после того, как Милку отобрали для этой работы, особенно из тех «мамонтов», которым сказали «нет», ехидничали, перефразируя старую поговорку: «А говорят, коровы не летают!» Правда, вполголоса, опасаясь получить по шее от суровой и могучей дамы, внешне очень похожей на Зену — королеву воинов из одноименного фильма.
Фиг его знает, как бы все получилось у Милкиных «злопыхателей» — строго говоря, это и не злопыхатели были, а излишне совестливые мужики, убежденные, что бабам надо прыгать только на спортивных соревнованиях, но у Милки все вышло так, как доктор прописал, не хуже, чем у Топорика. После этого настала очередь Юрки.
Конечно, Таран волновался. То, что за несколько секунд перед ним без замечаний одуплились Топорик и Милка, еще не гарантировало, что он не сядет на дерево или не приводнится в речку с погашенным парашютом. Удар получится примерно такой же, как при попытке прыгнуть с десятого этажа. Конечно, кое-кто, говорят, оставался живым даже при таких падениях, но Таран надеялся не попасть в их число.
Ш-ших! — он и впрямь чиркнул ботинками по верхушке какого-то дерева, ухватился за правую клеванту, потянул вправо и уже в нескольких метрах над землей начал отстегиваться от системы. Плюх! Мягко, хотя и сыро, жертв и разрушений нет.
Правда, оказавшаяся поблизости Милка решительно ухватила Юрку за локоть и прошипела:
— Чего разлегся? В сторону!
Таран вовремя сообразил и обижаться не стал: сзади на глиссаде шел «тандем», который нес Ляпунова с пассажиром. Посадочная скорость у него была побольше, чем у одноместных парашютов, и времени на маневр оставалось поменьше. Так что, если бы Таран чуток замешкался, ему на голову могли приземлиться сразу два мужика общим весом под двести кило.
«Тандем» сел благополучно. Капитан отстегнул своего подопечного и скомандовал:
— Парашюты собрать, запихать в сумки — и в речку! «Запихать», само собой, не означало укладывать по всем правилам. Поэтому уже через десяток секунд парашютные сумки с мятыми куполами одна за другой полетели в шумную горную речку.
— Дожди прошли, — шепотом заметил Топорик. — Далеко унесет!
— Как раз то, что надо, — кивнул Ляпунов, — через день их из Терека выловят, а то уже и из Каспия. Так… Теперь настала ваша очередь, гражданин Ольгерд. Командуйте!
Ольгердом звали того самого мужика, которого Ляпунов привез на «тандеме». Фамилия это была, имя или кличка, Таран не знал и старался особо не вникать, однако внутренне приходил к выводу, что товарищу такую погонялу выписали ввиду его внешнего сходства с одним из героев старинного польского сериала «Четыре танкиста и собака». Был там такой сибирский поляк, которого прислали на усиление Войска польского из Красной армии. Невысокий, кряжистый, круглолицый.
— Командовать-то я не умею, — пробормотал Ольгерд скромненько. — Могу только рассказать, где и что делать.
— Вот это и называется «командовать», между прочим, — хмыкнул капитан. Ольгерд прошел немного вдоль обрыва и остановился у небольшого кустика.
После этого он снял с себя большую бухту альпинистской веревки, очень быстро и профессионально обвязался ею и сказал, указав пальцем вниз:
— Здесь под нами — отрицательный угол. Тут у меня была прежде пара крючьев вбита, но могли испортиться, так что в случае чего придется новые забивать. В двадцати метрах ниже — небольшой уступчик и вход в пещеру. Я иду первым, вы меня страхуете всем колхозом. Потом с раскачки захожу в пещеру, делаю на крюк петельку и иду обратно. Получается двойная веревка. На одну цепляем карабины, за другую держимся и плавно спускаемся один за одним. Если что непонятно — связь по рации.
Тарана поставили на стрем глядеть по сторонам и вовремя засечь появление вероятного противника, а Милка и Топорик, как более увесистые, крепко взялись за Ляпунова, чтобы Ольгерд невзначай не утянул его в пропасть. Сам капитан начал помаленьку травить веревку, а альпинист-спелеолог (именно так представили Ольгерда «мамонтам») стал неторопливо слезать с обрыва.
Противника Юрка даже через инфракрасные очки не высмотрел. Не потому, что плохо глядел, а потому, что противника тут не было. Это, однако, вовсе не означало, что он тут не появится в ближайшие часы. Хоть «Ан-2» и прошел по ущельям, едва не касаясь крыльями скал, все же какой-нибудь радар мог засечь его появление в воздушном пространстве Российской Федерации и даже обратить внимание на то, что до этого он маячил над территорией по-прежнему солнечной, но уже не совсем братской Грузии, а взлетел вообще с территории Азербайджана.
Из всего вышеизложенного какой-нибудь гражданин, привыкший мыслить в черно-белых тонах, может сделать поспешный вывод о том, что Таран неожиданно воспылал большой любовью к исламу, продал православную веру за энную сумму в долларах и собрался воевать в рядах ваххабитов. Не будет прав и какой-нибудь более дотошный гражданин, который подумает, будто продался не сам Таран, а командир МАМОНТа — Мобильного антимафиозного отряда нелегального террора Генрих Птицын, который ввиду сложного финансового положения своего полулегального вооруженного формирования решил повернуть стволы против федерального правительства.
На самом деле никто православную веру не продавал и в магометанство не записывался. Вообще-то, по правде сказать, ни Генрих Птицелов, оставшийся на своей базе, ни все четверо «мамонтов» не принадлежали к особо истовым христианам. Да и Ольгерд, хотя о его религиозных убеждениях мало кто знал что-либо конкретное, похоже, был самым нормальным атеистом. Никто из участников операции не проникался идеей независимости Ичкерии и даже не получал никаких премиальных за то, чтобы подставлять головы под пули ради этой идеи.
Просто-напросто задача, которую поставил перед группой Птицын, требовала, чтобы Ляпунов и его команда выступили как бы на «третьей стороне». То есть не попадались ни федералам, ни чечикам. Вместе с тем не следовало без особой необходимости вступать в бой ни с теми, ни с другими.
В чем именно состояла задача, целиком и полностью знал только Генрих Птицелов. То есть он общался с представителем .человека, который, как говорится, заказывал музыку, но никто из пяти парашютистов, оказавшихся, так сказать, «на местности», о всей задаче не был осведомлен. Таран конкретно знал только то, что положено знать рядовому. То есть то, что Ляпунов, как командир группы, довел до сведения непосредственных участников операции.
По словам Ляпунова, примерно в трех километрах от места высадки федералы окружили хорошо укрепленную базу «духов». Они блокировали со всех сторон почти такую же лесистую сопку, как эта, долбят ее артиллерией и авиацией, щупают разведгруппами, но покамест штурмовать не рискуют. Там, на сопке, нарыты окопы в полный профиль, понаделаны дзоты, а вся зеленка по склонам минирована. Кроме того, у самой вершины горы имеется несколько пещер, в одной из которых расположен штаб некоего Ахмеда, полевого командира, заведующего всей этой системой. У этого самого Ахмеда там, в пещерном штабе, имеется, условно говоря, «сейф». А в этом, условно говоря, «сейфе» находится какой-то, как выразился капитан Ляпунов, непоименованный «носитель информации», который надо как минимум начисто уничтожить до того, как в штаб ворвутся федералы. Кроме того, есть мнение, что «чехи» тоже попытаются эвакуировать этот «носитель» любой ценой, чего, естественно, никак нельзя допустить. Как ни странно, на вопрос о том, что представляет собой этот «носитель» и как он выглядит, Ляпунов ничего не ответил. Мол, сперва доберемся до места, а уж там и узнаете.
О маршруте движения рассказали только в самый последний момент, уже после того, как группа, прилетевшая в «Страну Огней» самым цивильным образом, на рейсовой «тушке», прокатилась на потрепанном «рафике» несколько десятков километров до какой-то грунтовой площадочки в горах. Именно с этой площадочки, разогнав мирно пасущихся барашков, и взлетел старенький «антошка» с незакрашенными надписями «ДОСААФ СССР». Вот там, на борту, где надевали снаряжение и парашюты, Ляпунов позволил себе объяснить товарищам более или менее конкретный маршрут. То есть куда им предстоит прыгать и что делать после этого. Поскольку десантирование прошло благополучно, следующим этапом должен был стать спуск с обрыва в пещеру. Именно для этого был приглашен альпинист-спелеолог Ольгерд. В этих горах он, как выяснилось, бывал несколько раз, еще задолго до того, как начиналась первая войнушка. Энтузиасты исследовали здешнюю систему пещер, и Ольгерд был одним из немногих людей, который знал большую часть ходов и выходов. В том числе ему было известно, как выйти к окруженной федералами базе. Правда, были и другие люди, обладавшие подобными сведениями, то есть вовсе не исключалось, что кто-то из них окажется в поле зрения федералов или сепаратистов. Соответственно, не исключалась и какая-нибудь малоприятная подземная встреча, где все чужие рассматривались однозначно как противник.
Как уже говорилось, Ольгерду особо не объясняли, на кого он работает. Таран вообще-то подозревал, что этого мужика «мамонты» попросту выкрали, а потом предложили на выбор: или хороший гонорар, или окончательное исчезновение. Товарищ все понял и согласился, хотя возможно, что после всех трудов вместо уплаты гонорара его ожидало что-нибудь быстрое и безболезненное. Конечно, если бы он по ходу дела узнал Слишком много ненужных подробностей. То же самое, кстати, касалось и самих «мамонтов». Птицын, конечно, берег своих людей, но лишь до определенного уровня.
Самое занятное должно было начаться уже после того, как «носитель информации» перекочует к «мамонтам». Само по себе это понятие — «носитель информации» было весьма и весьма растяжимое. Это могла быть всего-навсего маленькая и мятая папиросная бумажка, с которой, извините, в сортир не сходишь. Вместе с тем под «носителем» могли подразумеваться толстенная папка с документами, аудио— или видеокассета с записями чьих-то устных показаний или банных развлечений с девочками, маленькая дискета-«трехдюймовка» с полутора мегабайтами информации либо компакт-диск в тысячу раз большей вместимости. Это мог быть жесткий диск с мощного компьютера, который надо аккуратно вывинтить из машины, а мог быть маленький компьютер-ноутбук, который проще унести целиком. Наконец, «носителем информации» мог быть самый обычный человек, с головой, ногами, руками, но самое главное — с языком, которым он мог невзначай сболтнуть что-нибудь из того, чего тем, кто его непосредственно захватывал, знать не следовало.
Исходя из того, что собой представлял неведомый «носитель», можно было представить себе и дальнейшую судьбу участников мероприятия.
Конечно, Юрка не относил себя к числу особо одаренных аналитиков, но житейский опыт за последние годы приобрел немалый. И поскольку судьба уже не раз заставляла его напряженно шевелить мозгами, он имел возможность и сейчас сделать кое-какие прикидки.
Он хорошо знал, что и папиросную бумажку с шифровкой, и папку с документами, и аудио — или видеокассеты, и, уж конечно, все компьютерные прибамбасы можно скопировать и передать через спутниковую связь хоть в соседний аул, хоть в Австралию. Правда, при наличии средств и большого желания эта информация может быть достаточно просто перехвачена теми, кто ее домогается на противной, сиречь федеральной, стороне.
Единственное, чего нельзя ни переслать, ни перехватить подобным образом в полном объеме, — это человеческая память. Конечно, Таран уже сталкивался с препаратами, превращающими людей в послушных роботов, которые делают все, что им приказывают, и правдиво отвечают на все вопросы. Но ведь надо еще знать, какие вопросы задать! И, уж конечно, надо иметь под рукой те препараты, которые вряд ли свободно продаются в аптеках. К тому же даже при их наличии так просто человеческую память до конца не выпотрошишь. Наконец, бумажки, папки, кассеты, дискеты и прочее — это всего лишь документы. Они никак не могут рассказать больше того, что на них написано. А человек, ежели дело идет, допустим, об уголовном процессе, — это свидетель. То есть субъект, который может сказать всю правду или половину правды, а может и вообще ничего не сказать. И от того, что именно скажет и чего не сможет сказать гражданин свидетель, зависит возбуждение или невозбуждение уголовного дела прокуратурой, вынесение судом обвинительного или оправдательного приговора. Возможно, даже очень знаменитой и выдающейся личности, с большими деньгами, связями и влиянием.
В общем, Таран все больше склонялся к тому, что речь идет о человеке, которого господа боевики держат в пещере. Возможно, что кому-то на федеральной стороне он нужен живым, но не исключено, что федералам предпочтительно наверняка знать о кончине данного товарища. И хрен его знает, не идет ли в настоящее время какой-либо торг, по ходу которого Ахмед оговаривает с ненавистными «федерастами» условия передачи искомого гражданина в обмен на благополучный выпуск его банды из окружения!
Самое печальное, однако, состояло не в этом. Таран отчетливо представлял себе, что ежели там, в пещере, куда еще только предстоит добраться, действительно находится не бумажка или компьютер, а живой и. говорящий человек, то шансов выйти из этой операции живым и у Юрки, и у всех остальных не так уж много.
Дело даже не в том, что этот самый «носитель», которому у боевиков, вероятно, жилось не слишком вольготно, от полноты чувств или большой тоски по маме начнет выкладывать своим «спасителям» всю свою подноготную, которую не следует знать ни постороннему Ольгерду, ни даже «мамонтам». Некто, кого даже Птицын в лицо не знает, но тем не менее держащий в руках все нити данного мероприятия, может испытывать дискомфорт всего лишь от того, что на свете осталось пять человек, которые такого-то числа такого-то месяца 2000 года побывали в пещере на энской горе и там застрелили какого-то безымянного типа, известного им только по фотографии, по описанию или особым приметам и не успевшего им ничего сообщить. Потому что от каждого из этих пяти человек может потянуться ниточка, которая приведет к «заказчику музыки».
При этом для господина «заказчика» совершенно не важно, имеют ли его опасения насчет «ниточки» хоть какую-то реальную почву. Ему хочется спать спокойно, даже если он еще не заплатил все налоги. И ради того, чтобы он спал спокойно, четверо мужчин и одна женщина должны тем или иным способом покинуть земной мир задолго до отмеренного им господом срока.
Наверное, Таран не умел так возвышенно мыслить, но суть его умственных выкладок сводилась именно к этому. Так что, хотя требовалось еще дожить до конца операции, ибо шансов свернуть башку в процессе достижения цели было больше чем достаточно, Юрка больше всего опасался финиша.
Делиться итогами своих размышлений Таран, конечно, не собирался. Во-первых, потому, что не считал себя самым умным и вполне понимал, что и Птицын, и Ляпунов не относятся к разряду наивных мальчиков, которые верят в чистоту помыслов своих работодателей. То есть Птицын, приняв на плечи своей конторы этот подряд, имел возможность все как следует взвесить и продумать. А заодно, между прочим, и позаботиться о гарантиях безопасности для своих подчиненных и о контрмерах на разные непредвиденные случаи. Вполне возможно, что честность господина «заказчика» находилась под неусыпным контролем МАМОНТа и в случае каких-либо серьезных нарушений договорных обязательств ему грозили весьма неприятные санкции. В том, что «мамонты» при желании достанут кого угодно и где угодно, Юрка не сомневался. Как и в том, что у них хватит совести взять любую, самую невинную, душу в залог безопасности своих ребят.
Вместе с тем Юрка хорошо знал, что если речь пойдет о существовании МАМОНТа как организации, то Генрих отдаст и пять чужих жизней, и свою собственную. Неизвестно, какие инструкции он дал Ляпунову на тот случай, если какой-либо «умник» типа Тарана начнет высказывать всякие неподтвержденные умозаключения и вносить нервозность в работу группы. Вполне возможно, что капитан обязан пристрелить этого «труса и паникера» на месте, причем как можно быстрее.
Так что лучше было оставить свои сомнения при себе. В конце концов, уже много раз бывало, что Юркины размышления приводили его к необоснованным выводам и заставляли делать то, чего делать не следовало.
Тем временем стоянию Тарана на стреме, а значит, и возможности мыслить, не отвлекаясь от выполнения боевой задачи, почти подошел конец. Ольгерд закончил прокладку двойной веревки по отрицательному уклону и выбрался наверх.
ПЕЩЕРА
— Первым лучше самого тяжелого пропустить, — заметил Ольгерд. — Крюки, конечно, надежные, но для страховки надо их на максимальный вес попробовать.

Влодавец Леонид Игоревич - Таран - 2. Ломовой кайф => читать онлайн книгу далее