А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

— Начинаем обратное движение вдоль лески. Впереди — Мех, за ним — Луза, дальше Глеб, Таран и я.
Объяснять, чем вызвано такое перестроение, Владимир Васильевич не стал. Но народ, находившийся на довольно тесной площадке между решеткой и спуском на лестницу, послушно начал передвигаться. В это время Ларев захотел проверить, насколько прочно пристегнут к ремням чехол, в котором находился герметичный металлический пенал-футлярчик с тем самым единственным и неповторимым пультом, открывающим контейнер с Полиной. Короче говоря, он отстегнул чехол от ремня, затем липучку, закрывающую чехол, вытянул плоский пенал. Потом открыл пенал, убедился, что пульт на месте, снова закрыл пенал, засунул в чехол, застегнул липучку и уже собирался пристроить чехол обратно на ремень, когда произошла совершенно дурацкая и нелепая случайность. Из тех, о которых принято говорить: «Бес попутал!»
Надо же было такому стрястись, что как раз в этот момент неповоротливый Луза стал пробираться поближе к дверце. Ну а поскольку автомат подводной стрельбы висел у него на шее, детинушка невзначай задел им Ларева по правому локтю. Бац! — футляр с пультом выскользнул из ладони Владимира Васильевича, описал в воздухе дугу, стукнулся о тюбинг, рикошетом отлетел в сторону затопленной лестницы и плюхнулся в воду. Всего-то в полутора-двух метрах от Ларева! Наверное, если бы Ларев успел быстро среагировать, он мог бы подхватить чехол, прежде чем он наполнился водой. Но дорогу ему опять-таки не из злого умысла, а исключительно вследствие общей неуклюжести загородил Луза, который — это уже вследствие малой сообразительности! — еще и извиняться стал:
— Васильич, я нечаянно… Прости, пожалуйста!
За эти несколько секунд вода залилась в чехол, и он, выпустив последние пузырьки воздуха, булькнул в подводную темень.
Впрочем, и тут еще можно было обойтись без больших неприятностей. По чистой случайности в момент падения чехла с пеналом Юрка светил фонарем как раз в том направлении и приметил место, где затонула драгоценная штуковина. По его разумению, чехол должен был лечь на самые верхние ступеньки лестницы, но тем не менее Юрка надел на морду маску и взял в рот загубник. Он не стал нырять, а просто нагнулся, насколько ему позволял висевший спереди мешок с запасным комплектом водолазного снаряжения, и, опустив в воду голову с горящим на шлеме фонариком, попытался разглядеть, куда подевался чехол. И разглядел уже, даже рукой потянулся. Но как раз в этот момент Владимир Васильевич, в первые секунды оторопевший от неожиданности, пришел в себя.
— Отойди, мудак! — даже не заорал, а по-медвежьи взревел Ларев и тем еще беды натворил. Перепугавшийся Луза слишком резко шарахнулся назад и своим могучим задом толкнул зазевавшегося Юрку. Таран, стоявший совсем рядом с верхней ступенькой, а кроме того, утяжеленный спереди мешком и шлемом, потерял равновесие и головой вперед нырнул вниз, на лестницу, туда, где луч фонаря высветил зловещие лески-переметы. Он даже крючки, кажется, сумел рассмотреть. Чудо еще, что Юрка с перепугу не выпустил изо рта загубник, а то наверняка бы захлебнулся.
Конечно, не будь на лестнице воды, Таран эти несколько метров пролетел бы кубарем в считанные мгновения и ровным счетом ничего не сумел бы сделать для своего спасения. Но вода — это все-таки не воздух, и Юрка, которого тяжелое снаряжение неудержимо тянуло вниз, довольно быстро проскользнув несколько метров вдоль обросшей мохнатыми водорослями лестницы, инстинктивно сумел ухватиться за одну из ступенек и остановить свое «падение». При этом он почувствовал, что ноги у него силой инерции задираются кверху и его переворачивает через голову. А до «переметов» оставалось метра полтора, не больше. В доли секунды Таран осознал, что его ноги вот-вот либо за крючки зацепятся, либо просто упрутся пятками в лески. Не очень соображая, что делает, он поспешно отпустил ступеньку и сделал несколько отчаянно-суматошных гребков руками, одновременно поджимая ноги к животу. Совершенно неожиданно оказалось, что в результате этого его подняло вверх, к наклонному своду над лестницей. Одновременно с этим Юрка ощутил там, под потолком, движение воды. Течение, возможно, не показалось бы столь сильным, если бы у Тарана на ногах были ласты. Но ласты у него висели на спине, пристегнутые хлястиком к шлему. И потому сила течения представилась прямо-таки непреодолимой. Юрку опять потянуло вниз, он сделал еще пару столь же бессмысленных гребков, перевернулся через голову и увидел, что в нескольких сантиметрах от его пяток зловещие лески с крючками на коротких отводках и он, растопырив ноги, наплывает прямо на них. Все, что Таран успел сделать, — это сдвинуть пятки вместе. Ну и еще глаза зажмурить, пожалуй, чтобы не видеть собственной смерти…
На несколько секунд, строго говоря, Юрка умер. Не физически, конечно, а психологически. Его сознание было практически полностью парализовано мыслью о грядущей гибели. Он даже не дышал в это время, хотя аппарат работал исправно, и под маску даже капли воды не просочилось.
Сколько именно этих ужасных секунд прошло, Таран, конечно, не замерял. Единственным обстоятельством, которое вывело его из оцепенения, стало то, что взрыва не происходило слишком долго. И Юрка все-таки рискнул поднять веки и посмотреть, где же он находится.
Фонарь сперва высветил только зеленоватую муть. Прямо перед лицом, справа и слева — куда бы Юрка башку ни поворачивал. И никаких «переметов»! При этом по-прежнему ощущалось течение, которое влекло Тарана неведомо куда.
Конечно, мозги у Юрки не сразу пришли в форму, но все же он уже начал что-то соображать. Главное, что он сумел осознать, так это то, что каким-то чудом проскочил через заминированные лески с крючками. Это, конечно, радовало, но теперь Тарана встревожило то, что он продолжает плыть по течению, хоть и не такому быстрому, как, допустим, на кавказской подземной речке, по которой они с Ольгердом и остальными сплавлялись на катамаране. Ведь Юрка точно помнил, что течение несло его вниз по лестнице, на этот гребаный 76-й горизонт. А это означало, что сейчас он все дальше уплывает от своих не очень близких, но вполне приличных сотоварищей.
Кроме того, Юрку изрядно крутило и вертело. Течение, как ему показалось, здорово усилилось. Так или иначе, но Таран, не тратя времени на долгие раздумья, попытался перевернуться на живот и плыть против течения. Получалось плохо — в лучшем случае Юрка на одном месте бултыхался. Только после этого Таран вспомнил про ласты, пристегнутые к шлему. И как раз в этот момент резиновая пятка гидрокостюма зацепилась за илистое дно. Ила, правда, было немного, а под ним ощущался бетонный пол. Юрка попытался сесть и упереться в дно, но, как видно, поток воды имел уже немалую силу и продолжал волочить Тарана задницей по дну. Тем не менее в таком положении Юрка все-таки сумел отстегнуть хлястик и, засунув одну ласту между грудью и мешком с запасным водолазным комплектом (чтоб не потерять невзначай, а то унесет — фиг найдешь в этой мути!), сумел надеть другую на левую ногу. Потом вытащил правую и тоже надел.
А дальше произошло еще одно маленькое чудо, которого Юрка никак не ожидал. Когда он вытаскивал ласту, то заодно оттуда, из промежутка между животом и мешком, выпал небольшой продолговатый предмет. Ба! Да это же чехол с пеналом и пультом! Тот самый, из-за которого Таран чуть не взлетел на воздух! Как же он сюда попал, сукин сын?!
Таран быстро пристегнул драгоценную фигулину к ремню, на котором держалось его единственное оружие — водолазный нож. Теперь надо было как можно скорее плыть обратно, к лестнице, ведущей на горизонт 70.
Но в этот самый момент, когда Таран собирался перевернуться на живот, его фонарь высветил впереди зеленые, обросшие морской травой тюбинги. Наклонно уложенные, как на той, верхней, лестнице. И прежде чем Таран успел что-либо сообразить, поток воды потянул его вниз, на горизонт 82…
Конечно, Юрка не собирался так просто сдаваться и принялся усердно работать ластами. Но ухватиться было не за что, отлив как раз набрал максимальную силу. Его несколько раз довольно крепко тюкнуло о стены, поскольку поток на лестнице шел по спирали, а затем вынесло в туннель. Таран сообразил, что раньше, чем отливная волна не остановится, все его потуги упираться будут тщетными. Правда, куда его за это время утащит, можно было только догадываться. Таран очень фигово учил в школе географию, в особенности физическую, а про то, какие бывают приливы и отливы и насколько при этом вода поднимается или опускается, знал слабо. Единственное, что его обнадеживало, так это то, что вода давила даже слабее, чем тогда, когда он с другими курсантами-«мамонтятами» погружался на десять метров.
Совершенно неожиданно Юрку правым боком притерло к тюбингам. Он еще тогда, когда его вниз по лестнице тащило, пытался ухватиться за их скользкие от водорослей бетонные ребра, но ничего из этого не получалось. Во-первых, хватался он не за бетон, а за лохмы морской травы, которые, конечно, не могли его удержать, ну и, во-вторых, висевший спереди мешок не давал достаточно плотно прижаться к стене. В результате водоросли обрывались, а поток воды отбрасывал Юрку от тюбингов.
На этот раз Таран неожиданно обнаружил, что мешок ему почти не мешает. В стене явно имелось какое-то углубление. Правда, едва Юрка попытался повернуть голову, как его в очередной раз оторвало от стены, но понесло почему-то не в прежнем направлении, а вправо, то есть внутрь стены, за которую он пытался уцепиться. Прежде чем Таран понял, что угодил в какое-то боковое ответвление, которого не было ни на 70-м, ни на 76-м горизонтах, его утащило метров на пятьдесят от основного туннеля. Сечение этого ответвления было заметно меньше, а уклон — круче, поэтому тащило его намного быстрее. Сделав несколько безуспешных попыток побарахтаться, Юрка понял, что у него ни хрена не получится, и решил, что надо плыть по течению. В конце концов, ясно, что раз подземелья соединены с морем, то рано или поздно Тарана туда вынесет. Конечно, ему хотелось, чтобы это случилось пораньше, по крайней мере, до того, как закончится регенерационный патрон в Юркином аппарате. Был, правда, еще и второй, предназначенный для возможной эвакуции Полины, но Тарану не хотелось уповать на эту штуку. Менять аппарат под водой, на глубине никак не меньше пяти, а то и десяти метров, Юрке еще не приходилось, и он, сказать по правде, не был уверен, что у него это получится. Кроме того, здешняя водичка была не самая теплая, даже если учесть, что из моря она сюда поступала с температурой 25 градусов. Бетон и горные монолиты на глубине 82 метра от поверхности явно были прохладненькие и водичку быстро студили. Конечно, гидрокостюм и всякие там «вшивнички», которыми Тарана снабдили перед подземно-подводной прогулкой, не дали бы ему быстро замерзнуть, тем более что он покамест и четверти часа в воде не пробыл, но все же и с возможностью дать дуба от переохлаждения надо было считаться. Еще одним обстоятельством, заставившим Юрку поменять направление, был страх перед каким-нибудь подобием тех «переметов», через которые его каким-то чудом протащило на первой затопленной лестнице. Все-таки лучше их загодя осветить фонарем и увидеть, чем неожиданно зацепить ластами.
Итак, Таран поплыл по течению. Наверное, будь это чисто развлекательное мероприятие, организованное для любителей острых ощущений, у Юрки был бы повод для восторга. Поток мутной зеленовато-желтой воды фонарь пробивал лишь метров на пять вперед, но все же-здесь можно было рассмотреть и пол, и своды туннеля. Даже какие-то рыбехи изредка попадались, а на полу пару раз Юрка крабов видел — как видно, до моря отсюда было не слишком далеко. Конечно, на ум то и дело приходили всякие страшные мыслишки насчет акул, всяких там гигантских спрутов-кальмаров, морских змей и прочей погани, о которых Тарану доводилось читывать или по телику смотреть, но все же больше всего он сейчас боялся повстречать людей. Таких, как те, что пролезли через сортирную шахту в подвал восьмого флигеля. Перед ними Юрка ощущал себя почти беззащитным.
Во-первых, у него не было никакого оружия, кроме ножа. Хорошего, острого, которым, наверное, можно легко разрезать капроновый линь или рыбацкую сеть, если вдруг запутаешься под водой. Можно щупальце осьминогу откромсать, если шибко припиявится. Но против тех, у кого автоматы и пистолеты, стреляющие под водой, — это фигня, а не оружие. Во-вторых, Юрка спускался под воду всего шестой раз в жизни. «Мамонты» все-таки, по идее, должны были в основном действовать на суше, и водолазному делу их учили только «для общего развития». А те, с которыми Таран повстречался в восьмом флигеле, были настоящие, профессиональные боевые пловцы, которые под водой — в родной стихии. К тому же если там, на этом пресловутом 79-м горизонте, хотя бы пара таких же, что приходили в восьмой флигель вместе с «оператором», то они Тарана даже без всякой стрельбы и поножовщины, просто голыми руками удавят…
Так что ни о каком продолжении борьбы за спасение Полины от смерти, а человечества — от возможной гибели Юрка уже не думал. Он утешал себя мыслью, что ученые в своих расчетах и теориях сплошь и рядом ошибаются, а потому после смерти Полины мир не превратится в облако плазмы и даже не свихнется от выброшенной ею психической энергии. К тому же Таран все-таки даже первой версии катастрофы, услышанной еще от Птицына прошлым летом, не до конца верил, хотя и знал, что Генрих Птицелов зря трепаться не станет. Просто Михалыч и сам, как видно, не очень четко представлял себе, как это смерть одной никому не известной девки может заставить сойти с ума население хотя бы одной области, не говоря уже о всем человечестве. Что же касается второго, более страшного варианта, то тут Юрка и вовсе сомневался: не придумал ли его народу высокообразованный Глеб, чтобы поиздеваться над малограмотным Лузой с его восемью классами, а заодно и над Тараном, который хоть и заполучил аттестат, но от Лузы по объему знаний отличался не сильно.
К тому же прошло уже бог знает сколько времени, а никаких сигналов от Полины не поступало. То ли у нее уже не было сил противостоять снадобью, которым ее вырубили, то ли она вообще уже померла… Так или иначе, Таран думал сейчас только об одном — как выбраться на вольный воздух.
И тут впереди, всего в пяти метрах от Юрки — как уже говорилось, на большее расстояние фонаря не хватало! — в зеленой мути что блеснуло, а затем поток воды в считанные секунды вынес Тарана к некой непривычных очертаний конструкции, стоявшей на дне туннеля…
СЕРЬЕЗНАЯ ВСТРЕЧА
Скорее инстинктивно, чем осознанно, Таран постарался пронырнуть под этой непонятной фигулиной, стоявшей на четырех стальных опорах. Он выставил ладони вперед, опустил руки вниз и превратил их в «рули глубины», ибо представлял собой сейчас маленькую живую подлодку. После этого Юрка круто пошел вниз, к полу туннеля, и действительно успешно проскочил между опорами. Впереди, однако, замаячила вторая пара опор, а кроме того, Таран, увидел впереди нечто похожее на лопасти гребного винта, который в данный момент не вращался. Наверное, самое разумным в принципе было бы, не дожидаясь, пока этот винт начнет вращаться, проплыть между ним и полом туннеля — Тарану вполне бы хватило этого промежутка, чтобы не застрять. Однако не стоит забывать, что Юрке еще и двадцати лет не сравнялось, а это как раз тот возраст, когда зачастую очень хочется проявить любопытство. Даже с риском для жизни. А потому, «не доезжая» до гребного винта, Таран ухватился за одну из опор, а затем, цепляясь за скобы и штанги непонятного назначения, передвинулся ближе к носовой части подводного аппарата.
Да, это был, несомненно, подводный аппарат. Наверное, если бы здесь присутствовали Сергей Сергеевич, Владимир Николаевич и Владимир Васильевич, то они бы быстро узнали в этой машине ту штуковину, которую просканировали в трюме «Антильского быка». Но и Таран все же не был уж совсем тупым, чтобы не догадаться, с чем имеет дело.
Аппарат походил на некий гибрид вертолета и очень толстой торпеды — метра полтора в диаметре. Выкрашен он был в ярко-оранжевый цвет, и на цилиндрической части корпуса виднелась белая крупная надпись «GAMPК». Кормовая часть выглядела в точности как у торпеды — четыре лопасти вертикального и горизонтального рулей, а между ними — два соос-ных гребных винта. Носовая часть представляла собой большой стальной шар с четырьмя иллюминаторами из очень толстого и прочного стекла. Юрка, конечно, полюбопытствовал и заглянул в один из иллюминаторов. Внутри было темно, но при свете фонаря сквозь иллюминатор не очень четко просматривались какие-то приборы, пульты и два «пилотских» кресла.
Кресла просматривались, а вот людей в этих креслах Таран, слава богу, не увидел, даже тогда, когда, цепляясь за скобы и дрыгая ластами под самым сводом туннеля — течение все порывалось утащить Юрку дальше! — вскарабкался на самый верх аппарата.
С боков от кабины, а также под ней располагались фары, судя по всему, очень мощные. Позади кабины, уже на верхней части «торпеды» находилась в сложенном виде телескопическая штанга с механической рукой-манипулятором. Она-то, как и четыре большие, похожие на резиновые тарелки вакумные присоски с гофрированными металлическими шлангами, которые кое-кто принимал за вертикальные винты, и придавала аппарату сходство с вертолетом. Правда, в общем и целом он смахивал на некое членистоногое — больше всего на таракана.
За манипулятором, ближе к кормовой части, просматривалась круглая крышка со штурвальчиком — очевидно, входной люк.
Как уже отмечалось, аппарат стоял на четырех опорах, которые можно было при желании убрать под обтекатели внутрь корпуса аппарата. Присмотревшись к опорам, Таран, хоть и не имел инженерного образования, сумел догадаться, что они вообще-то способны перемещаться по дну. То есть, грубо говоря, шагать на четырех «лапах», не включая основной двигатель. А между этими «лапами» размещались еще и какие-то явно гидравлические захваты на телескопических штангах.
Таран сразу сообразил, что в эти захваты нетрудно пристроить такую штуку, как Полинин «холодильник». Вот почему они потащили ее в сторону бухты! Спихнули в воду, притопили, а потом сунули под брюхо своему аппарату. Кстати, возможно, что в суматохе, поднявшейся после химической атаки с дельталетов, этот аппарат просто-напросто вышел на берег и сам забрал контейнер с пирса своим манипулятором или пневмоприсосками. Потом подвесил его под брюхо, погрузился в воду и вместо того, чтобы прорываться через боны у выхода из бухты, где их наверняка поджидали, заполз через какой-то туннель внутрь горы. А «джикеи» после этого так обнаглели, что стали охотиться за Ларевым и его драгоценным пультом.
Таран как-то сразу понял, что хозяев в аппарате нет и они вряд ли за ним вернутся. Во всяком случае, отсутствие контейнера с Полиной, который внутрь этой мини-подлодки нипочем бы не пролез, подсказывало, что «джикеи» его куда-то укатили или сплавили. Конечно, на секунду у Юрки появилось чисто хулиганское желание отвинтить входной люк и забраться в лодку. Но он вовремя сообразил, что такие парни, как эти «джикеи», наверняка пристроили под крышку шлюзокамеры какой-нибудь взрывчатый сюрприз, а Таран уже столько раз в жизни подрывался, что иному на пять жизней хватит. На фиг, на фиг! При мысли о мине Юрка отцепился от скоб и, условно говоря, помахал аппарату ручкой, попросив господа бога, чтобы эта хреновина не имела на борту мины замедленного действия и не взорвалась до тех пор, пока Таран не выберется из этих затопленных туннелей.
Само собой, что сразу после этого Юрка продолжил плыть по течению и, поскольку оно ему вдруг стало казаться недостаточно быстрым, еще и ластами заработал вовсю. Поэтому уже спустя несколько секунд он находился больше чем в полсотне метров от подводного аппарата. Правда, сам Таран этого расстояния не знал, ибо потерял аппарат из виду сразу после того, как от него отвернулся и направил свет вперед. К тому же, как ему показалось, туннель стал искривляться влево, и даже если бы вода была идеально прозрачной, Юрка все равно не увидел бы «джикейскую» субмарину.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45