А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Лорейн встала, одернула юбку и решила отправиться на поиски голландца. Выйдя на центральную улицу, она огляделась. Пусто. Нигде ни души. Казалось бы, она в безопасности. Однако какое-то шестое чувство удержало ее от того, чтобы окликнуть Хелста.
Крадучись, она продвигалась вперед. И вдруг увидела сапог. С бьющимся сердцем Лорейн приблизилась к зловещей находке.
Это был Хелст – судя по всему, мертвый. Рядом с ним валялся пистолет, а неподалеку распростерлось тело девушки-индианки, напоминавшее сломанную куклу. Она выглядела такой юной и беспомощной!.. Лорейн догадалась, что Хелст погиб, защищая незнакомку.
Бедняга! Теперь ему не суждено вернуться домой. Он нашел себе индианку, а кто-то нашел их обоих.
Лорейн похолодела от ужаса. Она вдруг поняла, что мертвы лишь Хелст и индианка. Тот, кто их убил, жив, более того, он бродит где-то неподалеку.
Лорейн торопливо обвела глазами стены ближайших домов, но безмолвные камни не дали ответа. В панике она бросилась обратно, но, как видно, потеряла ориентировку и неожиданно очутилась на просторной площади. Здесь тоже не было ни души, по крайней мере на первый взгляд.
Лорейн охватила паника. Ей вдруг пришло в голову, что она отлично видна отовсюду благодаря своим белокурым волосам. Удобная мишень для любого умелого стрелка…
Неожиданно Лорейн осенило. Надо подать знак на шхуну! Подобрав пистолет Хелста, она с опаской нажала на курок. Раздался оглушительный грохот, от которого ее рука разжалась сама собой. Выстрел наверняка услышали, и скоро за ней пришлют лодку. А пока надо найти местечко повыше, чтобы с моря ее сразу заметили.
Кастильо! Вот куда она должна бежать! Страх придал Лорейн решимости. Словно крылья выросли у нее на ногах – с такой скоростью она примчалась к спасительной крепости и принялась карабкаться по широкой каменной лестнице. Только бы добраться до святилища! Увитые змеями колонны показались Лорейн старыми знакомыми. На полпути она споткнулась о камешек, и тот покатился вниз. Остановившись, она напряженно прислушалась. Вот он долетел до нижней ступеньки… Но что это? Ей почудилось или она действительно услышала чьи-то шаги? Неужели в этом лабиринте бродит еще кто-то?
Крохотная «Красотка» – такой она казалась с высоты – слегка покачивалась на волнах. Лорейн видела, что со шхуны уже спустили лодку, и тот, кто садился в нее, приветственно помахал ей рукой. Девушка отчаянно замахала в ответ.
Помощь уже близко, нужно только немного подождать. От этой мысли Лорейн приободрилась и вдруг снова услышала то, что недавно так ее напугало.
Шаги. На этот раз не было никаких сомнений.
Лорейн устремила испуганный взор на портик. Из-за его угла вот-вот появится смерть… Чья-то нога столкнула вниз тот камень…
Внезапно из-за поворота показалась чья-то голова. Лорейн чуть не потеряла сознание от ужаса, но через секунду с облегчением вздохнула. К ней приближался Готье, немой верзила-француз. Значит, оба отряда уже возвращаются!
– Слава Богу, это вы! – радостно воскликнула девушка. – Я знаю, что вы не можете мне ответить, но хотя бы выслушайте… Хелст убит. Надо предупредить остальных – тут опасно!
На его лице не отразилось никаких чувств, и Лорейн решила, что он ее не понял.
– Хелст мертв, – произнесла она более отчетливо.
Она ждала, что Готье просто кивнет в ответ, но вдруг с удивлением услышала:
– Я знаю. – Мнимый немой помолчал и мечтательно добавил: – Какая ты красавица!..
Не давая ей опомниться, он схватил ее за волосы. Лорейн попыталась закричать, но крик застрял у нее в горле.
В Бордо повесили не того человека. Перед ней был знаменитый Душитель из Бордо.
– Не вздумай кричать, а то хуже будет, – мрачно предупредил насильник. – Будь умницей и заплети волосы. Я обожаю женские косы!
Лорейн знала, что стоит на самом краю отвесной скалы. Одно неосторожное движение, и она полетит вниз. Из двух возможных смертей – разбиться об острые камни или быть удушенной – Лорейн предпочла бы первую, но внутренний голос подсказывал, что торопиться не стоит. Может быть, ей удастся отвлечь безумца от исполнения зловещего замысла до тех пор, пока не прибудет подмога.
– Кто вы? – с трудом шевеля одеревеневшими губами, спросила Лорейн.
– А тебе какое дело?
Она решила избрать другую тактику.
– Женщины, которых вы убили, были француженками. Может быть, вы ненавидите французов. Но я-то англичанка! Так почему же…
– До приезда в Бордо я тоже жил в Англии, – прервал ее Готье, не сводя глаз с ее роскошных белокурых волос. – Меня называли Лондонским Душителем. Я еще на шхуне тебя приметил. И ждал своего часа…
– Но почему я?
– Почему? – эхом отозвался он. – Однажды в деревне я видел, как наказывали женщину. Ее привязали к телеге и ударами кнута погнали по деревне. Низко нависшая ветка запуталась у нее в волосах… Через несколько минут она была мертва. Задушена. – Голос Готье упал до шепота. – Это было прекрасно! Я решил, что тоже так смогу…
Теперь у Лорейн не осталось сомнений – перед ней был маньяк. Она как могла тянула время, но, к сожалению, косы были почти готовы.
Она подняла глаза и за плечом Готье увидела темноволосого юношу. На нем был такой же странный наряд, как и на убитой девушке-индианке, а в руке копье. Черные глаза парня горели лютой ненавистью.
Если бы ей удалось еще хотя бы на минуту задержать Готье!
– Я женщина капитана! – собрав все силы, выкрикнула Лорейн. Краем глаза она заметила, что черноволосый юноша уже занес оружие. – Он отомстит за меня!
Из горла Готье вырвался звук, отдаленно напоминавший смех. Руки, огромные, как жернова, жадно схватили длинные белокурые косы.
Все произошло в одно мгновение. Метко пущенное копье вонзилось в спину убийцы. От неожиданности он зашатался и чуть ослабил хватку, но уже в следующее мгновение конвульсивно дернулся и очутился на самом краю пропасти, увлекая за собой Лорейн. Она отчаянно пыталась удержаться, боясь, что ее слабых усилий окажется недостаточно, чтобы избежать падения в бездну.
Между тем гигантское тело Готье исполняло жуткую пляску смерти. Балансируя на краю пропасти, маньяк делал отчаянные попытки освободиться от копья. Матросы, сидевшие в лодке, с ужасом наблюдали, как он извивается. Но вот наконец ему удалось вырвать окровавленное копье, но в этот же миг, не рассчитав инерции движения, преступник все-таки сорвался со скалы. Под дружный вопль ужаса, вырвавшийся из уст потрясенных зрителей, массивное тело описало длинную дугу и обрушилось вниз, на острые камни.
Объятая страхом, Лорейн не слышала стука сапог, не видела Рэйла, мчавшегося ей на подмогу. Его отчаянный крик: «Держись!» с трудом проник в ее парализованный мозг. И тут случилось чудо – сильная рука потащила ее наверх.
– Лорейн… – взволнованно прошептал Рэйл, прижимая ее к себе.
– Душителем был… Готье, – с трудом выдохнула она. – Он убил всех этих женщин!
– Я знаю.
– Но как ты догадался? – удивилась она.
– Мы наткнулись на тело Рено и поняли, что его убил Готье – какое-то время они оставались вдвоем… Я тут же вспомнил об убийствах в Сент-Джордже и Бордо и испугался, что следующей жертвой Готье окажешься ты.
– И ты вернулся, – счастливо улыбаясь, прошептала Лорейн.
К ним уже спешили моряки со шхуны.
– А что произошло с индейским юношей? – спросила Лорейн, отодвигаясь от Рэйла. – Ну тем, что бросил копье? Мне кажется, он хотел отомстить Готье за убийство своей подруги и Хелста.
– Хелст жив, – сообщил Мактейвиш, – но рана у него серьезная. Надо срочно доставить его на шхуну и показать доктору.
– Вот и займись этим, Тейв, – распорядился Рэйл.
Сейчас в целом мире его интересовал один человек – прелестная белокурая девушка, которую он сжимал в объятиях.
Глава 19
Побережье Юкатана купалось в лунном сиянии. На белом песке, сплетя объятия, лежали Лорейн и Рэйл. Буря, омрачившая их отношения, умчалась прочь подобно природной буре, и теперь влюбленные наслаждались сладостным примирением. А в это время белоснежный прибой нежно лизал им ноги и пел бесконечную любовную песню.
Страстно прижимая подругу к груди, Рэйл чувствовал, как победно бьется его сердце при воспоминании о словах Лорейн, произнесенных на пороге смерти: «Я женщина капитана!» Она принадлежит ему, она его любит – разве не призналась она в этом всему миру?
Рэйл повернул к подруге смуглое лицо и провел ладонью по ее обнаженной руке, затем передвинулся к плоскому мягкому животу и задержался у шелковистого треугольника волос. Когда он заговорил, голос его дышал неподдельной любовью:
– Я не верил тебе, девочка, до сегодняшнего дня.
«Неужели ему понадобилось спасти меня от смерти, чтобы понять правду?» – подумала Лорейн, с улыбкой глядя на возлюбленного. Ее белая грудь мерцала в звездном сиянии, словно жемчуг. Раскрасневшаяся от любви, девушка несмело коснулась упругих бедер Рэйла и почувствовала, как напряглись его мышцы от этой ласки.
– Как ты стал контрабандистом? – неожиданно спросила она.
Он пожал плечами.
– В общем-то случайно. Однажды я наткнулся на солидную партию оружия и сразу понял, что это дело сулит немалую выгоду. Купив его, я отправился туда, где в нем испытывали нужду, и продал гораздо дороже.
– Неужели ты всегда промышлял только таким опасным товаром? – озабоченно спросила Лорейн.
– Нет, разумеется. Я торговал всем, что попадалось под руку, – пряностями, французскими винами, кружевом. Как-то я случайно обнаружил большую партию оружия у одной вдовы из Бордо. После смерти мужа она побоялась держать его в доме и с радостью от него избавилась. Я подумал, что в колониях ружья всегда в цене – для защиты от индейцев, например… – Шотландец на мгновение умолк, а потом решительно докончил: – Так я оказался в Род-Айленде.
– И совершил ошибку, – с грустью промолвила Лорейн. – Там ты встретил меня, а я расстроила твои планы. Если бы не это, ты нашел бы кого-нибудь из сторонников Моффатта, продал свой товар и уже давно плыл бы в Англию или еще куда-нибудь. А вместо этого твою шхуну прибило к дикому берегу, и теперь неизвестно, попадешь ли ты в Вест-Индию!
Рэйл внимательно посмотрел на нее, а потом произнес очень серьезно:
– Никакой ошибки не было, девочка. День, когда я тебя встретил, навсегда останется лучшим днем в моей жизни.
У Лорейн перехватило дыхание. В искренности его слов сомневаться не приходилось.
– Я хочу, чтобы ты осталась со мной навсегда.
Лорейн спрятала лицо у него на груди. Ей не хотелось, чтобы Рэйл видел ее слезы.
– Я буду с тобой, – пообещала она тихо и мысленно продолжила: «Я останусь с тобой до тех пор, пока продлится наша любовь – а она будет вечной!»
Слившись сердцем, душой и телом, они снова занялись любовью. Это было восхитительно. На пустынном диком берегу их объединила чистая радость страсти, которая – в этом были уверены оба – не иссякнет никогда.
Перед тем как уснуть, Лорейн натянула сорочку. Матросы проснутся ни свет ни заря, и будет неловко, если они увидят невесту капитана обнаженной.
* * *
Запасшись всем необходимым, моряки приступили к ремонту судна. К берегу стягивались бревна, отовсюду слышался шум молотков – команда торопилась поскорей закончить работу. Лорейн занялась починкой парусов, но скоро Рэйл обнаружил мозоли у нее на руках и строго-настрого запретил прикасаться к парусине.
– Кстати, лес кишит москитами, – озабоченно добавил он. – Я приказал ребятам возвращаться в лагерь до темноты, если они не хотят, чтобы их съели заживо.
Лорейн с опаской взглянула на темные деревья. Как хорошо, что ей не надо туда ходить! Здесь, на берегу, москитов сдувал приятный морской бриз.
– Неужели он ни разу не пришел – тот молодой индеец, что метнул копье в Готье? – с любопытством спросила она.
– Нет, – ответил Рэйл. – Мы оставляли ему еду, как ты просила. И кое-какие товары, которые он смог бы обменять или продать и таким образом выбраться из этого проклятого места.
Лицо Лорейн омрачилось.
– Жаль. Этот человек спас мне жизнь, и я бы хотела поблагодарить его.
– Вряд ли он думал о твоей жизни, – резонно возразил Рэйл. – Скорее хотел отомстить за смерть своей подруги.
– А что, если он не взял еду и вещи потому, что вы оставляли их на террасе Кастильо? Ведь для него это не просто крепость, а храм. Он мог решить, что они предназначены в дар богам…
– Хорошо, в следующий раз мы положим их на стену, чтобы он мог видеть их издалека.
Однако индеец так и не появился.
Ремонтные работы подходили к концу. Однако злой рок снова спутал все планы. К моменту, когда «Красотка» снялась с якоря, пятеро членов команды свалились в жестокой лихорадке. На четвертый день плавания, вернувшись с прогулки по палубе, Лорейн обнаружила, что ее любимый, стиснув зубы, мечется по каюте. Она с трудом уговорила его лечь и заботливо подоткнула одеяло.
– Я позову Андре.
– Не стоит, – возразил Рэйл. – Я сам справлюсь. Чего зря тревожить людей?
Но уже через несколько минут у него начался сильный жар.
Лорейн выскочила из каюты и наткнулась на Мактейвиша.
– Где доктор? – задыхаясь, вскричала она. – Рэйлу плохо – наверное, лихорадка. Он весь горит… А, вот и вы, Андре!
Она с надеждой вцепилась в руку француза. Однако когда тот попытался войти в капитанскую каюту, путь ему преградил пожилой шотландец.
– Держись от него подальше! – предупредил он с угрозой в голосе. – Я не позволю какому-то лекаришке пользовать нашего капитана. Ты уже однажды пытался его убить!
– Не говорите глупостей, Мактейвиш, – попробовал урезонить его Лестрей. – Я врач. Вы обязаны пропустить меня!
Выражение лица его противника не изменилось. Более того, он вытащил шпагу.
– Слушай, парень, если не хочешь, чтобы эта штучка вонзилась тебе между лопаток, отступись!
Лестрей всплеснул руками.
– В конце концов меня ждут другие больные, – пробормотал он и поспешно удалился, невзирая на мольбы Лорейн.
Врачевать Рэйла пришлось ей. Состояние больного постоянно менялось: то он дрожал от холода, так что чуть не падал с койки, то метался в жару, беспокойно ерзал по постели и просил пить. Лорейн покорно выполняла все просьбы Рэйла – обтирала разгоряченное лицо, поправляла подушку, подносила воду.
– Дракон, – вдруг пролепетал он заплетающимся языком, после чего впал в забытье.
Лорейн охватила паника: она решила, что он бредит.
– Ну что ты, родной, – заворковала она, словно разговаривала с ребенком. – Тебе просто показалось. Какие тут могут быть драконы? Лучше выпей воды. Тебе надо побольше пить, иначе жар не спадет.
Внезапно Рэйл сел на постели. Глаза его горели диким огнем.
– Она не может!.. Я убью его… Убью…
И снова в изнеможении откинулся на подушку.
Лорейн окончательно убедилась в том, что он бредит. Вечером до нее донеслось неясное бормотание Рэйла: «Лорейн, Лорейн…» Казалось, он умоляет ее о чем-то. Девушка обернулась и вдруг с ужасом поняла, что он произносит вовсе не ее имя, а призывает некую Лори-Энн. Повторив это слово несколько раз, шотландец страстно воскликнул:
– Выходи за меня! Обещаю, что это плавание станет последним!
«Интересно, кто она такая?» – недовольно подумала она.
Наутро она отправилась на поиски Мактейвиша, надеясь убедить его не чинить Лестрею препятствий и позволить осмотреть Рэйла. Однако шотландец остался непреклонен.
– Пока мы доплывем до Барбадоса, он умрет! – в отчаянии вскричала Лорейн. – Неужели вы это допустите?
– «Красотка» идет на Ямайку. Я так решил, – мрачно изрек Мактейвиш. – В Порт-Ройале полно докторов, не чета нашему.
– Но в тамошних водах водятся и пираты, которым ничего не стоит отнять ваше оружие, – напомнила Лорейн, надеясь хотя бы так заставить его изменить решение.
– Черт с ним, с оружием! – взорвался обычно невозмутимый Мактейвиш. – Все равно я не допущу, чтобы этот гнусный докторишка лечил моего любимца!
В искренности Тейва Лорейн не сомневалась – он был очень привязан к Рэйлу. К несчастью, глубина его привязанности не уступала упрямству. Она поняла, что у нее нет никаких шансов его переспорить и, желая переменить тему, спросила:
– Вы ведь давно знаете Рэйла?
– С тех самых пор, когда он, еще сопливый мальчишка, жил на конюшне, а его отец – в особняке, не желая признавать сына, – последовал мрачный ответ.
Лорейн была поражена. Значит, Рэйл – незаконнорожденный?
– А мать? – продолжала она. – Неужели?..
– Его мать была служанкой в господском доме, там и родила Рэйла. Когда хозяин женился, он отослал ее прочь. Ну, разумеется, он изредка навещал любовницу. И не просто навещал… Через некоторое время у нее появился второй ребенок, тоже сын. Вскоре бедняжка умерла, а дети очутились на улице без гроша в кармане. Рэйл был смышленым мальчишкой, но слишком юным для того, чтобы пойти в подмастерья, а его братец… О нем сроду никто слова доброго не сказал! Новая хозяйка не желала видеть под своей крышей ни того, ни другого и сумела склонить мужа на свою сторону. Так ребята оказались на конюшне. Я зубами скрежетал от гнева, когда видел, как они обращаются с моим любимцем! Вечно ему доставалось за проступки Рори – так звали младшего. Я бы с радостью взял паренька к себе юнгой, но Рэйл и слышать не хотел о том, чтобы расстаться с Рори. Говорил, что обязан заботиться о нем, иначе тот совсем свихнется. А для двоих у меня места не было…
– И что же было потом? – поинтересовалась Лорейн.
– Отец Рэйла умер, и его жена тут же выгнала из деревни незаконнорожденных сыновей мужа. Тут уж я взял его с собой в море. В то время я служил первым помощником на «Вереске».
– А его брат?
– Рори? Он стал работать на ферме. К морю у него не было тяги.
– Но почему Рэйл не выбрал, подобно вам, торговый флот? Как он стал контрабандистом? – продолжала допытываться Лорейн.
Этот вопрос удивил ее собеседника.
– Так «Вереск» как раз и промышлял контрабандой, девочка.
– Значит, вы научили его этому ремеслу, Тейв?
Шотландец приосанился.
– Точно.
Лорейн горестно вздохнула и после непродолжительной паузы рискнула задать вопрос, который мучил ее со вчерашнего дня:
– Вы не знаете, кто такая Лори-Энн?
– Лори-Энн Маклод? – уточнил Мактейвиш. – Еще бы мне не знать! – Он даже сплюнул от негодования. – Никудышная девица, вот что я тебе скажу!
– Значит, она вам не нравилась… А что она собой представляла?
Мактейвиш метнул на собеседницу недовольный взгляд.
– Стройная, рыжеволосая. А глаза такие, словно она постоянно смеется над тобой!
«Ну и, разумеется, рот, созданный для поцелуев!» – мысленно докончила Лорейн. Неужели она обречена вечно соперничать с рыжеволосыми красавицами? Сначала Лавиния Тодд, теперь Лори-Энн Маклод!
– Из ваших слов я поняла, как Лори-Энн выглядела. Но что она была за человек?
– Дикая и необузданная. Вроде тебя. И такая же красотка!
– Это, случайно, не ее портрет? – поколебавшись, спросила Лорейн, вытаскивая из-за корсажа золотой медальон.
Шотландец даже не удостоил его взглядом.
– Ну да. Малыш купил его специально для нее – собирался преподнести, когда вернется из плавания. А портрет она сама ему подарила.
Значит, Рэйл лгал, утверждая, что оригинал ему незнаком!
Лорейн со вздохом вернула безделушку на прежнее место. При первой же возможности она избавится от проклятого медальона!
– Рэйл говорил, что просил Лори-Энн выйти за него замуж.
– Ага. И она согласилась, – подтвердил Мактейвиш.
– Почему же они не поженились?
– Я же говорю – она была никудышной девчонкой! – взорвался он. – Море ей сроду не нравилось. Она взяла с Рэйла обещание, что это будет его последнее плавание, а когда он вернулся, оказалось, что в его отсутствие эта вертихвостка преспокойно вышла замуж и уехала в Америку!
– И Рэйл последовал за ней? – с замиранием сердца спросила Лорейн.
– Еще чего! – презрительно фыркнул ее собеседник. – Для этого у парня достаточно здравого смысла!
– И где же сейчас Лори-Энн?
– Наверное, до сих пор живет в излучине реки Джеймс – если, конечно, не сбежала от мужа с любовником. С нее станется! – свирепо глядя на Лорейн, промолвил Мактейвиш. – Она разбила мальчику сердце, а такие раны медленно заживают. Я не потерплю, чтобы это снова случилось!
– Мне бы тоже этого не хотелось, Тейв, – вздохнула Лорейн и решила сделать последнюю попытку:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29