А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Почти такой же высокий, но гораздо шире незнакомца в плечах. Тяжелее и куда сильнее на вид.
– Ты понял? Вали…
И замолчал, потому что черные глаза франта перехватили взгляд Саши и притянули к себе. Привязали. Несколько мгновений странный незнакомец молча смотрел на заводилу, и Маша могла бы поклясться, что уши франта заострились еще больше. А еще она вдруг подумала, что ее кавалер уже не выглядит сильным. Под тяжелым взглядом незнакомца массивная фигура Саши теряла блеск, терялась, таяла.
– Мужики, не надо, а?
Приятель ждал от Сашки чего угодно: яростной ругани, драки, и очень не хотел ввязываться в плохую историю. К тому же он успел оценить, что оставленная франтом машина стоила с десяток Сашкиных джипов, и вполне логично опасался, что незнакомец способен вызвать внушительную группу поддержки.
– Мужики, чего вы, на самом деле…
И удивленно замолчал, позабыв закрыть рот. Группь поддержки не потребовалось: франт справился сам.
– Я выпил… немного… Лишнего выпил, – извиняющимся, почти заискивающим тоном произнес Сашка.
– Я знаю, – с легкой брезгливостью ответил незнакомец.
– Я… не хотел.
– Я верю.
Заводила медленно опустился на четвереньки и принялся старательно выбирать из травы осколки бутылки. Франт отвернулся к реке. Свидетели произошедшего ошарашенно молчали.
– Мы уедем и больше никогда здесь не появимся, – пообещал Саша.
– В двух милях отсюда есть очень хорошая поляна для пикника, – ровным голосом поведал незнакомец. – А рядом с ней – небольшая и очень уютная заводь.
– Мы найдем, – пообещал Саша.
– Не сомневаюсь.
Маша обратила внимание, что уши франта стали менее острыми, чем в начале разговора. Да нет, не может быть… Показалось.
Саша ухитрился собрать все до единого осколки и снова приступил к извинениям. Незнакомец слушал его невнимательно. И скандал, к громадному облегчению девушек, раздувать не стал. Джип очень медленно вернулся на дорогу – Саша старался ехать по старой колее – и помчался в сторону леса.
А уже позабывший о челах Сантьяга неспешно обошел ствол и остановился у молодых побегов, которые дало старое дерево. Мертвое продолжало бороться. Цеплялось за жизнь. Упрямо пробивалось. Мертвое не сдавалось. Сантьяга грустно усмехнулся, сходил к машине, принес маленький перочинный ножик и аккуратно срезал молодую поросль под основание. Затем уселся на камень и стал любоваться приближающимся закатом.
* * *
Более необычного заключения столь заурядного контракта в Тайном Городе еще не случалось. Странным было все. И выбор места для переговоров: заинтересованные лица были приглашены в одну из задних комнат клуба «Ящерица», хотя обычно концы старались не иметь со столь скользкими мероприятиями ничего общего. И особенно количество заинтересованных лиц: заказчик постарался оповестить о своих планах как можно большее количество наемников. В результате в небольшом помещении собралась весьма разношерстная публика. Фет, лидер московских хванов, молча постукивал по столешнице пальцами нижней правой руки и изредка бросал презрительные взгляды на Кувалду, великого фюрера Красных Шапок. Грим, самый известный, после Кортеса, чел-наемник, с независимым видом поигрывал зажигалкой «Зиппо». Луис де Катто, покинувший гвардию Дракон, без восторга косился на светловолосого Радомира, плечистого люда. Публичность мероприятия – все-таки деликатные контракты требуют некой таинственности – немного смущала наемников. Их раздражало, что заказчик не выбрал кого-то одного из них, а обратился ко всем сразу. И даже более: в углу, в кресле, уткнувшись носом в карманный компьютер, сидел Виталик Громов по прозвищу Шизгара, главный редактор сайта «ГоловоРезка» – специализированного ресурса наемников Тайного Города. Его присутствие означало, что информация заказчика будет донесена до максимального количества охотников.
Зачем? Неужели контракт настолько сложен?
Заинтересованным лицам было непонятно.
А еще их смущало то, что сам заказчик не почтил мероприятие своим присутствием. Он беседовал с охотниками по телефону, работающему в режиме громкой связи. Безликий мужской голос, явно измененный при помощи специальных устройств.
– Господа, времени у нас очень мало, поэтому сразу к делу. Суть контракта предельно проста: мне нужна голова…
– Суть контракта, может быть, и проста, но некоторые моменты мне не нравятся, – рассудительно произнес Фет.
– Какие? – осведомились из телефонного динамика.
– Кодекс гласит, что наемник должен знать заказчика. В противном случае…
– В противном случае наемник берет всю ответственность по контракту на себя, – невозмутимо закончил за хвана голос. – Все правильно, уважаемый Фет. Я заинтересован в исполнении контракта, но хочу сохранить инкогнито. И поэтому готов щедро оплатить риск.
– Насколько щедро?
– Десять миллионов.
В комнате стало очень тихо.
– В какой валюте? – подал голос Кувалда. И облизнулся.
– В любой, по вашему выбору. – Заказчик издал сухой смешок. – И в любой форме: хотите – наличные, хотите – золото, бриллианты, облигации… Мне все равно. Десять миллионов за одну-единственную голову.
– Чья же это голова? – буркнул Луис. – Раз вы предлагаете такие условия?
– Слишком серьезная цель? – Радомир поморщился. – Надеюсь, любезный, вы знаете, что мы не лезем в человскую политику? И если желаете грохнуть президента или еще какую-нибудь шишку, то вы обратились не по адресу.
– Не волнуйтесь, я знаю правила. – Еще один смешок. – Цель – не человский президент. И даже не князь Темного Двора. Все гораздо проще.
– Назовите имя, – проворчал Грим. – Хватит трепаться, вы сами говорили, что времени у нас мало.
– Ее зовут Майла.
На мониторе стоящего в углу компьютера появился портрет молодой темноволосой девушки. Веселой и беззаботной. У нее было круглое, очень приятное лицо, чуть вздернутый нос, большой рот и маленькая родинка под левым глазом. И замечательная, очень теплая улыбка. Портрет был качественно обработан, но внимательный взгляд сумел бы разглядеть, что изображение представляло собой тщательно отретушированную старую фотографию. Очень старую. Так снимали лет сто назад.
– Кто она? – деловито спросил Грим.
– Майла окажется в Тайном Городе в самое ближайшее время, – размеренно произнес заказчик. – Она будет плохо ориентироваться и, возможно, вызовет интерес челов. Я не знаю, где именно она появится. Поэтому и собрал всех вас. Я хочу накрыть город максимально плотной сетью. Я хочу, чтобы по улицам ездили патрули и каждый охотник Тайного Города знал, что эта голова стоит десять миллионов. Я хочу, чтобы…
– Ее будут охранять? – прервал словесный поток Фет. – Телохранители? Друзья? Помощники?
– Непосредственно – нет. – Заказчик помолчал. – Майла будет одна. Но…
– Два часа назад пресс-служба Темного Двора распространила заявление, – сообщил Шизгара, глядя в маленький экранчик своего компьютера. – В нем говорится, что сегодня ночью в городе появится женщина, безопасность которой крайне важна для Нави. Судя по фотографии, речь идет о Майле.
Лица наемников вытянулись.
– Сантьяга лично заявил, что женщина находится под его защитой, – продолжил Виталик. – И гарки будут действовать по правилам военного времени.
– Она будет избегать навов, – после паузы произнес заказчик. – Темные не смогут быть возле нее постоянно: Майла их не терпит. Если вы действительно так хороши, как о себе думаете, у вас будет время подобраться и нанести удар.
– И встретиться с разъяренными навами?
– И успеть удрать, – хладнокровно отрубил голос из телефона. – Вы наемники или девочки на выданье? Мне нужны бойцы, а не институтки. Шизгара, ты говорил, что соберешь лучших!
– Я и собрал, – огрызнулся Виталик. – Только надо было предупредить, что придется играть против навов.
– Играют дети в песочнице, а я предлагаю заработать большие деньги!
Кувалда засопел. Фет задумчиво погладил подбородок. Грим морщился и щелкал зажигалкой. А вот Луис и Радомир, чуд и люд, понимающе переглянулись. Поддеть темных – это хорошо, это наверняка понравится лидерам других могущественных семей. Официально охотиться на Майлу Великие Дома не станут: глупо бросать открытый вызов Нави ради непонятной женщины, а вот щелкнуть темных по носу с помощью наемников… почему нет? Так что можно рискнуть: и Орден и Зеленый Дом прикроют наемников в случае неприятностей.
– Чем так важна эта женщина? – неохотно спросил Грим.
– Вас не должно это волновать.
– И не волнует, – кивнул Луис. – Неважно. Я подписываюсь.
– Я тоже, – немедленно добавил Радомир.
Грим задумчиво покосился на чуда и люда, убрал зажигалку в карман и вновь обратился к телефону:
– Кто еще будет помогать Майле?
– Почему вы решили, что будет кто-то еще?
– Если навы навязываются в охранники и даже вызывают у нее отвращение, значит, Майла идет не к ним, – пожал плечами Грим. – У нее есть другие друзья?
Фет согласно кивнул и с уважением посмотрел на наемника: чел не зря имел среди охотников репутацию умника. Луис и Радомир снова переглянулись, увлеченные своими мыслями, они не подумали над тем, чтобы уточнить детали контракта. Кувалда же не слышал ничего: фюрер задумчиво загибал пальцы на левой руке, явно высчитывая, на что в первую очередь потратить премию за голову женщины.
– Есть другие друзья. – Заказчик вновь помолчал. – Не дайте ей уйти в Лабиринт – осы будут защищать Майлу до последнего вздоха.
* * *
Этот город был задуман как столица.
Этот город был построен как столица.
Этот город был столицей.
Великой столицей великой империи, и каждый камень этого города дышал величием. Дышал гордостью и спесью, уверенностью и чванством, силой и жестокостью. Каждый камень этого города внушал уважение и страх.
Уратай, столица империи Навь, темное сердце Земли.
Город был велик. Раскинувшись на берегах полноводной реки, он кольцом охватывал огромное скальное плато, высящееся в самом его центре. Накатывался волнами крыш, течениями улиц и разбивался у подножия, не в силах подняться и на треть колоссальной горы даже самыми высокими своими башнями. Один вид массивного плато, непонятно каким образом оказавшегося посреди плодородных земель Южного Каамана, внушал уважение и трепет. По преданию, навы специально переместили эту чудовищную цельную скалу из дальних гор, чтобы продемонстрировать свое могущество. Показать истинную силу Тьмы, истинные возможности владыки мира. Плато и возведенная на нем Цитадель отбрасывали тень на весь Уратай, нависали над цветущим городом, уничтожая малейшие сомнения в вечности империи.
В вечности Великого Дома Навь.
Удел остальных – копошиться у ног властелинов.
Да, именно так – у ног.
Князь посмотрел на облака, неспешно ползущие чуть ниже широкого балкона, отошел от балюстрады и медленно опустился в простое деревянное кресло с неудобной прямой спинкой. Призрачная фигура в призрачном черном балахоне с большим капюшоном. На скромном троне сидел повелитель мира. И даже ветер, привольно чувствующий себя на такой высоте, не смел прикасаться к одежде любующегося на закат владыки.
– Мы чувствуем оживление, – до советников, выстроившихся вдоль стены, долетел слегка шипящий голос. – В ритм города вплелись новые краски. Новое племя из Внешних миров?
– Нет, повелитель. – Один из советников подошел ближе к трону. – Посланники вассальной семейки Ось нижайше умоляют уделить им несколько минут твоего драгоценного времени.
– Мы не имеем желания прерывать размышления, – после короткой паузы ответил князь. – День Владыки наступит в следующем году, тогда осы и выразят восхищение нашим мудрым правлением.
По заведенному в империи порядку в дни солнечных затмений, в Дни Владыки, вассальные племена направляли в Уратай пышные делегации. В день, когда Тьма демонстрировала свою власть над светом, рабы князя униженно подтверждали свою покорность и верность империи. Бесчисленные рабы. Ибо послов направляли не только жители благословенной Земли. Приходили процессии от флямов и мангладарцев, филианцев и барнагейцев, от всех обитателей Вселенной, готовых на все: дарить подарки, приносить унизительные клятвы, склонять головы… Готовых на все ради того, чтобы тьма великой Нави не покинула центр Всего и не вторглась в миры, презрительно именуемые Внешними.
– Жалкие обитатели пещер проявляют упорство и умоляют выслушать их, – произнес советник.
Умелый царедворец сумел вложить в свой голос и презрение к осмелившимся настаивать на своем осам, и легкий намек повелителю, что на этот вопрос действительно стоит обратить внимание.
– Общаться с рабами вне Дня Владыки – удел наместника провинции… Где расселились осы?
– В провинции Хон, повелитель.
– Пусть их слушает Нга порта-Хон. – Князь помолчал. – И передайте наместнику, что я недоволен.
– Осары настаивают на аудиенции, – неожиданно вступил в разговор комиссар Темного Двора. – Мне кажется, за их упорством скрывается нечто серьезное.
Высокая фигура боевого лидера империи, закутанная в мрачный, черный с фиолетовым плащ, появилась рядом с советником. Все высшие иерархи Нави прятали лица под низко надвинутыми капюшонами и не имели имен: жесткий народ требовал от повелителей полного самоотречения.
– Однажды они уже настаивали на своем, – буркнул князь.
По балкону пролетели шипящие смешки.
Первую Войну Подземелий Навь расценила как заурядный, не вызывающий особого интереса эпизод. То, что молодая раса, пришедшая на Землю из Внешних миров, бросила вызов темным владыкам, не удивило навов: с этого начинали почти все переселенцы. Молодая кровь, неустоявшиеся взгляды, чрезмерные амбиции и полное отсутствие мудрой осторожности толкали юную поросль на подвиги. Война с Осью оказалась скоротечной. Менее трех дней потребовалось гаркам, чтобы с доходчивой жестокостью объяснить любителям лабиринтов положение дел и вынудить их принести вассальную присягу Темному Двору. Причем собственно боевые действия продолжались только первые сутки и плавно перетекли в беспощадную карательную операцию. Полученного урока хватило осам на двести лет.
Всего на двести? Князь был удивлен, но никак это не продемонстрировал – владыке не к лицу реагировать на мелкие недоработки подданных. Если комиссар был недостаточно жесток в прошлом, ничто не помешает ему исправиться и вырезать необходимое количество крысоловов.
– Почему порта-Хон не сообщил нам о проблемах с вассалами?
– Наместник Нга до сих пор не считает Ось достойной упоминания в докладах, – немедленно ответил советник.
Именно этот царедворец отвечал за провинцию Хон и, понимая, что вина наместника косвенно падает и на него, старался представить ситуацию в не самом плохом свете.
– Когда в последний раз гарки наместника проверяли Логова? – поинтересовался комиссар.
В голосе советника прозвучало недовольство: в иерархии Великого Дома комиссар стоял на ступеньку ниже, и давать ему отчет царедворец не привык. Но обстоятельства требовали.
– Жалкие осы вели себя с подобающей покорностью, и…
– Когда?
– Вскоре после прошлого Дня Владыки.
– Несколько лет назад!
Военный лидер Нави прекрасно понимал, что тоже ответственен за потерю бдительности, но, в отличие от советника, не собирался прятаться за потоком цветастых фраз. Если виноват, значит, виноват. Князь определит наказание. Но раз уж проблема появилась, ее необходимо решить.
– Я думаю, комиссару найдется о чем побеседовать с Магой, комиссаром Хон, – проронил князь. Комиссар Нави склонил голову. – А мы приняли решение уделить время нашим рабам. Пусть недостойные явятся завтра в полдень.
Советник поклонился. Комиссар вплотную подошел к повелителю.
– В Зеркале Нави виден хаос. Мы ждали вторжения извне… Ужели ошибались?
– Волны неспособны поколебать скалу, – медленно произнес князь. – Их удел накатываться и разбиваться вдребезги, оставляя после себя водяную пыль.
* * *
Заказчик давно закончил свое выступление, и телефон замолчал. Присланный им портрет Майлы переместился на главную страницу сайта «ГоловоРезка», занял самое видное место и был снабжен коротенькой, но очень емкой подписью: «10 000 000.00». Добавлять что-либо еще Шизгара не стал – и так все понятно. Контракт объявлен.
Но расходиться наемники не спешили. Опытные, уверенные, авторитетные, они некоторое время молча смотрели друг на друга, пытаясь понять, как лучше работать по столь необычному заказу: вместе или по отдельности? Все они, и Грим, и Луис, и Радомир, и Фет, и Кувалда, не были одиночками. За каждым из них стояли компаньоны, помощники, осведомители, целая семья, в конце концов, если говорить о Кувалде, и каждый из них должен был решить, что делать. Полагаться только на себя или…
– Мне кажется, господа, кооперация необходима. – Шизгара, на правах организатора совещания, первым поднял непростую тему. – У нас есть фотография объекта и ограниченное количество времени. В условиях мегаполиса это означает, что у нас нет ничего. Упустим Майлу – не получим ни копейки, объединимся – повысим шансы на выполнение контракта. Разобьем город на сектора и каждой группе отведем район для патрулирования. Десять миллионов – приличная сумма…
– Слишком приличная, чтобы отказаться от нее, – проворчал Грим. – Как будем делиться в случае удачи?
Фет с интересом глянул на чела, но промолчал. Чуд и люд поморщились: им казалось, что приличный наемник должен в первую очередь думать собственно о контракте, а не о премии. Кувалда засопел.
– Половину получит тот, кто выполнит контракт, вторую половину – поровну остальным. – Быстрый ответ Шизгары показывал, что Виталик давно обдумал этот тонкий вопрос. – Грим, согласись, ты не сможешь самостоятельно накрыть весь город. В любом случае, или тебе повезет, или нет. Если нет – ты не получишь ничего. А если ты согласишься работать в команде, то…
– Если контракт будет исполнен, Темный Двор обязательно постарается наказать счастливчика, – веско произнес Грим. – А мне, как ни странно, очень не хочется в Цитадель.
– Что ты имеешь в виду?
– Если мы объединимся, слишком многие будут знать, кто именно выполнил контракт.
Фет задумчиво кивнул. Кувалда почесал под банданой. Предложение Шизгары было разумным, но и в словах Грима заключалась своя правда.
– Великие Дома не позволят навам наказывать наемника… – начал было Виталик.
– Великие Дома даже не подумают защищать простого чела, – отрезал Грим. – Это первое. Второе: навы будут в своем праве. Кодекс гласит, что, если наемник не сдает заказчика, он принимает всю ответственность на себя. Вам это нравится? Мне – нет.
– За это заказчик и платит такие деньги.
– Правильно! Но я хочу успеть ими попользоваться. А это значит, что не следует кричать на каждом углу, что контракт выполнил именно я.
– Но все будет сделано в тайне… – начал было Виталик.
– Тайну хранят только мертвецы. – Чел развел руками. – Кто наниматель, мы не знаем. Почему он хочет оторвать голову Майле, мы не знаем. А платить Темному Двору по чужим счетам я не намерен.
– То есть ты отказываешься?
– Отказываюсь. – Грим поднялся на ноги. – Всего хорошего.
– И не будешь работать контракт? – подозрительно прищурился Радомир.
– А это тебя не касается, – поморщился чел. И быстро вышел из комнаты.
– Ублюдок… – процедил люд.
Но Грим сделал вид, что не расслышал оскорбления.
– Печально, – пробормотал Шизгара. – У него пятеро челов в личном подчинении и неплохое количество осведомителей.
– Плюс связи срефи уголовников, – поддакнул Кувалда.
– Или он думает, что сможет выполнить контракт, – пробормотал Фет. – Грим не дурак и вошел бы в пул… Мне кажется, у него есть что-то в рукаве.
– Амбиции, – скривился Луис. – Не могут простить Спящему, что он слепил их кое-как.
– Кто еще предпочтет самостоятельность? – кисло осведомился Виталик.
Было видно, что Шизгара расстроен: если у него не получится объединить наемников, о комиссионных можно забыть.
– Я бы поработал в команде, – после короткой паузы произнес Луис.
И посмотрел на Радомира. Мутно-зеленые глаза люда сверкнули, и он протянул чуду руку.
– Согласен. Виталик повеселел.
– Фет?
Четырехрукий подумал и кивнул:
– Лучше быть вместе.
– Отлично! Кувалда?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37